Четвертый коготь дракона

– Алекс, неужели ничего нельзя сделать?!

– Боюсь, что ничего… И самое гадкое то, что, когда они расправятся с ним, они примутся за нас.

Бандиты взяли австрийца на мушку. Они действовали без спешки – знали, что добыча от них никуда не денется. Грянул еще один залп, но австриец остался стоять на ногах. Анита, выглядывавшая из-за вагона, не поверила глазам: в траву мешками свалились сами стрелки – кто спиной, кто боком.

– Что с ними?

Ответ на этот вопрос был получен незамедлительно. За поверженными разбойниками замелькали, заслоняемые ветвями буков, люди в пестрых одеяниях.

На них не было масок и балахонов, но они предпочитали не высовываться. Анита даже не сумела подсчитать, сколько их точно: четверо? пятеро? больше?

– Час от часу не легче… – пробубнил Джеймс Грин, с досадой сунув пустой «кольт» за пояс. – Еще какие-то мерзавцы на наши головы…

Один из новоприбывших – смуглый, бородатый, с цыганскими чертами лица – вышел из-за деревьев. Анита смогла его рассмотреть. Он был высок, жилист, одет в синее пальто (и как только не сварился в нем в такую жару?), из-под которого выглядывала ярко расшитая жилетка.

Он деловито осмотрел лежащих в траве бандитов, убедился, что все они мертвы, панибратски подмигнул австрийцу, который все еще столбенел близ насыпи, глумливо-почтительно приподнял свою широкополую шляпу и был таков. Скрылся в лесу, словно его здесь не было, а вместе с ним растаяли и его оставшиеся неведомыми товарищи. Снова повисла тишина, нарушаемая лишь всхлипываниями и повизгиваниями, долетавшими из вагонов.

Анита выпорхнула из-за состава, подскочила к австрияку, тряхнула его за полу сюртука.

– Эй! С вами все хорошо?

Он мотнул головой, выходя из ступора.

– Да… Я в порядке.

– Кто эти вторые? Вы их знаете?

– Впервые вижу. Равно как и первых, – ответил он и, заметив недоверие в глазах Аниты, присовокупил: – Слово дворянина.

Рядом уже стояли Максимов и Грин. Максимов нагнулся над скрючившимся на земле седоусым, потрогал его шею.

– Убит. Мы даже имени его не знали…

– Глядите! – Анита вытянула палец.

 – Тот… из первых… он очнулся!

Разбойник, оглушенный Максимовым, пришел в себя – приподнялся, сел, ошалело повертел башкой туда-сюда. Черный капюшон свалился, открыв взорам обезображенное оспой лицо с оскаленными, как у волка, зубами.

Австриец шагнул к бандиту, спросил у него о чем-то по-немецки. Тот ответил свирепым взглядом, но не издал ни звука.

– Как твое имя? – перешел австриец на французский.