Свет и сумрак. Рассвет Обреченных

Шаман пропал в чуме, а вождю больше ничего не оставалось, как возвращаться к сыну и сказать последние слова перед его первой самостоятельной охотой.

*****

Елане крепко обняла Хакона. Времени на слезы больше не оставалось. За совсем короткий промежуток времени она пыталась успеть подготовить его одежду к охоте.

Чум открылся, и в него вошел старший брат.

– Хакон, что это было? – Неко находился в небывалом восхищение. – Как ты смог пробудить духов? Такого пламени я не видел никогда!

– Неко, ты забыл? – тут же подключился в разговор Йико.

 – Он рожден стать говорящим. Но его же духи этой ночью, видимо, решили утолить жажду волков и Вергардов, а не Нума.

– Духи благоволят мне. Так было всегда, – огрызнулся на брата Хакон. – И поверь, к утру я принесу не пару леммингов, как ты!

Рядом засмеялся Неко, но Елане тут же одернула его. Йико с утертым носом повернулся к костру, лишь пробурчав что-то невнятное.

– Время уходит, Хакон, – позади всех раздался суровый голос отца, зашедшего в чум.

От неожиданности Неко даже чуть не пролил чай и едва смог удержать чашу в руке.

Вытащив охотничье снаряжение, вождь сел к огню.

– Подойди, сын, – позвал Кветан.

Хакон послушался. Остальные не приближались к костру. Этот разговор предназначался только для них двоих.

– Ты еще очень молод, Хакон, – начал он. – И мало понимаешь, что такое Дюн-Хан.

– Я справлюсь, отец. Ты меня обучил всему для этого.

– Выслушай меня. То, что я скажу, может спасти тебе жизнь.

 – Вождь вытащил точильный камень, топоры и стрелы и только после этого продолжил: – Дюн-Хан, Хакон, это день, когда ты должен доказать своему клану, что ты стал мужем, охотником и лефкару. Ты должен доказать в первую очередь самому себе, что в тебе больше нет места страху, трусости и сомнениям.

Вождь развернул младшего сына и надел на него свой пояс.

– Ты отправишься в свой путь, на этот раз один. Тебе будет не на кого надеяться этой ночью.

Если ты заблудишься, никто тебе не подскажет дорогу. Если дикий зверь учует твой запах и решит напасть – помощи не жди.

В ножны на поясе вошли два отцовских топора. Хакон был безумно рад, потому что такая честь – выйти на охоту с оружием вождя – выпадала далеко не каждому.

– Не заходи далеко на северо-восток. Но если все же окажешься там, не вступай в бой с кланом Вергардов. Это сильные и безжалостные лефкару, с жестокими и кровавыми обычаями.