Псевдобомбист, лысая Люстра и небесный Царьград

А затем стал блуждать взглядом и прикидывать, что делать и куда податься. Вокруг разнонаправленно диффундировала человеческая толпа: люди громко перекликались и тихо перешушукивались, взаимно притягивались и отталкивались, и миновали друг друга по касательным траекториям, стремясь в итоге к нулевому вектору. Топот и шарканье, шелест и грюканье, дребезг чемоданов на колёсиках и прочие звуки сливались в общий вокзальный гул. Человеческими частицами кишело всё окрестное пространство, напоминая похлёбку, приближающуюся к точке кипения.

Причём с виду это были сплошь смурные, расплывчато-неочевидные личности.

При всём желании Бесфамильный не подразумевал под своими дальнейшими действиями позитивной программы. Да и неоткуда было ей взяться, не из чего выродиться и не от чего оттолкнуться, ибо всё случилось чересчур скоропалительно: сначала он попал в западню нелепого случая, выросшего на жирной почве чужих страхов и подозрительности, а затем, не успев выбраться из первой западни, тотчас угодил во вторую.

Это была западня собственного непонимания. Если человек знает, за что пострадал, тогда ещё куда ни шло. А Бесфамильный не знал. Не за сумку же, в самом деле. Ведь кабы за сумки причиталось применять к людям насильственные меры, то не только в стране, но и в целом мире уже через несколько дней никто не сохранил бы себя в небитом образе, и всё устройство общества на планете провалилось бы в тартарары.

Ему оставалось только поверить в факт фатального невезения и вопиющей несправедливости. Разумеется, ни первое, ни второе не могло сообщить расположению духа бывшего командировочного сколько-нибудь ощутимой подъёмной силы и ни малейшим образом не способствовало решению проблем, касавшихся его новой среды обитания.

Глава вторая

СЛИШКОМ МНОГО СТРАННЫХ ДЕВУШЕК

Все всегда оказываются не такими, как от них ждешь.

Уильям ГОЛДИНГ «Повелитель мух»

– Скажи мне, Том.

Что тебя так огорчает?

– Весь мир.

Эрнест ХЕМИНГУЭЙ «Острова в океане»

На вокзале он не задержался.

Человек с нормальной скоростью мыслительных течений на его месте наверняка бы обратился если не в полицию, то хоть к какому-нибудь представителю железнодорожной администрации. Однако у гражданина Бесфамильного умственная деятельность нарушилась на почве побоев и разочарования в человеческом факторе.