Пандемониум. Время Темных охотников

Я просто пытаюсь понять, что там происходило, – пояснил Владимир.

– Даже не знаю, что вам на это ответить. Голым по лесу он точно не бегал… – Рычкова мельком взглянула на настенные часы. – Тем более что ночи сейчас такие холодные. Зима уже не за горами… Мы собирались отправиться на горнолыжный курорт.

– У вашего мужа были враги? – спросил Макарский. – Мог кто-то желать ему зла?

– Он в жизни мухи не обидел! Но постойте… – Она запнулась. – Вы ведь говорили, что на него напал дикий зверь. А теперь спрашиваете о врагах?

– Мы должны рассмотреть все варианты.

– Это просто ужасно! – Женщина тихо всхлипнула. – Мы были так счастливы…

– Спасибо за помощь. – Борис Макарский поднялся с дивана, поняв, что пора уходить. – Если вам больше нечего добавить…

– Пока ничего на ум не приходит, – покачала головой женщина.

– Тогда мы пойдем, – сказал шериф. – А вы, если что-то вдруг вспомните, звоните в любое время.

– Обязательно, – кивнула Рычкова.

Полицейские направились к двери. Мезенцев на ходу обернулся, чтобы попрощаться, и в этот момент увидел лицо хозяйки, на котором легко читалось облегчение.

Видимо, даме не терпелось выпроводить их из дома.

Когда они вышли на улицу, Борис тихо произнес:

– В жизни не видел такой плохой актрисы. Ты заметил, как часто она поглядывала на часы? Еле дождалась нашего ухода.

– Может, ей должны позвонить? – предположил Мезенцев. – Или ждет гостей.

– В такое-то время? Нормальные люди уже давно дома сидят и по гостям не ходят.

Думаю, она лжет нам. Обо всем! И Рычков бродил по лесу не просто так.

– А если это было ритуальное убийство? – спросил шериф. – Раны на запястьях и щиколотках, содранная кожа… После истории с хозяйкой швейного салона меня уже сложно чем-то удивить.

– Жертвоприношение? – Макарский задумался. – Я о подобном не слышал… Но ты можешь спросить Кадишу, раз уж у тебя с этой ведьмой такие доверительные отношения. Она должна знать об этом лучше всех.

– Скажешь тоже… Просто она вылечила меня, когда даже врачи не могли помочь.

Есть в ней что-то, чего я не понимаю. Она мила и приветлива, но за ее улыбкой скрывается ледяной холод. Понимаешь, о чем я?

– Кадиша – та еще штучка, – кивнул старик. – Никто не знает, что в действительности творится у нее на душе. Но если она готова поделиться информацией, почему бы и не воспользоваться случаем? Если хочешь, я сам к ней съезжу.

– Потом, – отмахнулся Мезенцев. – Поздно уже, да и Евгения меня заждалась.