Академия Черной птицы. Уничтожить тьму

Он поднял на меня взгляд, и при слабом освещении в коридоре его глаза казались почти черными, словно черные камушки на берегу океана. Он провел большим пальцем по своим влажным губам, плавно встал и поднял меня. Я прижалась к нему и позволила нести меня по квартире. Я была слишком занята его поцелуями, чтобы обращать внимание на то, что нас окружало. Однако, до постели мы не добрались. Генри застонал, когда я обхватила его языком и прижалась к нему.

– К черту, сделаем это здесь, – простонал он мне в губы, когда я провела языком по его губам.

Я успела мельком разглядеть помещение и поняла, что мы на кухне. Генри сбросил пиджак и рубашку, только галстук остался свисать с его шеи, когда он склонился надо мной. Его руки оперлись о стол у моих плеч. Яркая молния дала возможность разглядеть его подтянутое тело и сильные руки. Светлые волосы упали ему на лоб, и он склонился за еще одним поцелуем.

– Ты идеальна, – прошептал он мне на ухо.

Я тихонько фыркнула, хотя это прозвучало как небольшая одышка.

– Ну хватит. Я и так уже на столе, оставь при себе эти сладостные речи, – произнесла я.

Я почувствовала его усмешку больше, чем увидела. Одной рукой он продолжал поглаживать мое тело: широкие бедра, небольшой живот, грудь, а затем положил руку на мое сердце. Мой взгляд упал на рану на его теле, на том же месте, где сейчас лежала рука. Рана была почти свежей, едва затянувшаяся коркой. Глубокая и тонкая, от какого-то острого предмета.

– Что это… – заговорила я, но меня заткнули поцелуем, и мысли ушли на второй план.

Страстные поцелуи сменились на глубокие и томные. В мое бедро упиралось что-то твердое, и Генри начал развязывать свой галстук, сняв перед этим с меня трусы. Его глаза горели страстью и желанием. Схватив меня за запястья, он начал галстуком завязывать на них узел.

– Что… ты меня связываешь? – спросила я недоверчиво, бросив взгляд на крепкие, но не причиняющие боль путы.

– Не хочу, чтобы ты сбежала, если мы зайдем далеко, – пробормотал он.

– Не знаю… я никогда не пробовала.

– Значит, самое время попробовать. Не волнуйся: это будет быстро и не больно.

Он слабо укусил мою нижнюю губу и стал ниже опускаться поцелуями, исследуя мое тело. Генри не торопился, прикасаясь к каждому уголку пальцами и губами, словно пытаясь сохранить в своей памяти каждый изгиб моего тела. Он нежно погладил мою талию, я издала сдавленный смешок.