Киберстар

Сначала пронес большую коробку, из которой торчала старая мотоциклетная фара, потом ящик для инструментов, и ушел умываться.

Когда мы собрались уходить, снова раздался крик с кухни: «И чтобы бобра твоего дома больше не было!» Захар набрал в грудь воздуха и, прежде чем хлопнуть дверью, закричал: «Это не бобер! А боббер[3 - Bobber («коротко стриженный») – мотоцикл-кастом с демонтированным передним крылом и обрезанным задним крылом, стилизованный под серийные мотоциклы 1930-40-50-х гг.]!»

На улице нас уже ждали.

Дима подъехал прямо к подъезду, частично загородив пешеходную дорожку, и сидел в машине, разговаривая по телефону. Когда мы с коробками вывалились из дверей, он, не отключаясь, кивнул и вышел открыть багажник.

– Все, милая, мне пора. Ребята вышли уже. Эй-эй-эй, аккуратней запихивай. Нет, солнышко, это я не тебе, все, люблю-целую, – он подошел к нам. – Так, давайте, чтобы я не пожалел, что мы на моей машине едем.

– И тебе привет, мог бы и помочь.

– Не получилось, Оля позвонила.

Я ее отвез в киношку с подружками, но у них там официант долго идет, и она соскучилась, – Дима чуть подвинул коробку и закрыл багажник. – Поехали?

Я забрался на переднее сиденье и стал осматривать недавнее приобретение Димы. Когда мы ее обмывали, изучить все досконально не удалось, Оля предусмотрительно оперативно спрятала ключи. Кроссовер как кроссовер, «Инфинити» как «Инфинити». Запах новой машины – что-то сладко-приторно-химическое вперемешку с новой кожей. Темный салон, вставки под дерево возле ручки переключения передач и в дверях, большой экран на приборной панели – все это непривычно смотрелось с нашим Димой, утонувшем в мягком кресле.

Левой рукой он аккуратно, боясь насилия над новым мотором, вел машину, а правой поглаживал неглубокую залысину на курчавой голове. Этакий недокоммерсант-депутат местного разлива в рубашке розового цвета, кашемировом кардигане и небрежно расстегнутом шерстяном полупальто. Весь прямой и строгий, от спины и носа до гладко выбритых щек, только веселые глаза смотрят с доброй улыбкой.

– Что за хлам вывозим? – спросил Дима.

– Это не хлам, – насупился Захар, – это запчасти от «Урала» для кастомного боббера. Рама, стойки, фара. И оборудование для покраски и хромирования.

– Прикинь, он все это на балконе делать собирался, – я стал играться с кнопками на приборной панели.

– Хромирование? Дома? Там же вонь должна стоять такая, что не то что тараканы, а все соседи разбегутся.