Бунт при Бетельгейзе

В нем крутились черные брюки Эдика и рубашка из лемурийского шелка.

– Долго я тут буду сидеть?! – проворчал он. – Холодно, между прочим. У меня мурашки по коже. Врубай воду, бездельница.

Девушка нажала кнопку, и сверху на Цитруса хлынули потоки теплой ароматной влаги.

– Хорошо-то как! – сказал он и расслабился, вытянул ноги. – Так, ты давай, начинай меня намыливать, что ли…

– Да, конечно, – ответила Марина, но вместо того, чтобы заняться делом, почему-то попятилась к двери. – Подожди одну минуту, я сейчас вернусь.

– Ну, ты чего?! – нахмурился Эдик. – Ты – боевая подруга или как?! Я уже сижу, готов ко всему, понимаешь, а она куда-то там собралась… Несерьезно это! Не по-товарищески!

Девушка выскользнула за дверь.

Стесняется при мне раздеваться, – понял по-своему ее стремительное бегство Цитрус, – молодая еще. Ничего. Все они поначалу молодые и неопытные. Пообщаемся с ней. Научу ее всяким штукам. Будет то, что нужно. Станет настоящей боевой подругой для такого классного парня, как я.

Эдик потянулся к теплым струям воды, разомлел, повернулся на бок. В шуме воды он даже не заметил, как скользнула в дверь Марина, вооруженная электрошокером. Его привел в себя заряд тока в левую ягодицу. Эдик взвился и заорал: «Ой-ой-йо-о-о!»

– Ты что?! – он всем телом повернулся к девушке, покрутил пальцем у виска: – Совсем сдурела? Это массаж такой?

– Кто ты? На кого работаешь?! – поинтересовалась Марина и показала на область ниже пупка, так что Цитрус сразу вспомнил, что он абсолютно голый, и закрылся руками.

– Как кто?.. – спросил он, мучительно продираясь сквозь туман в голове, вызванный принятием обезболивающих таблеток, и соображая, что он сделал или сказал не так. – Я этот… я борец сопротивления. Мусон из театра боевых действий… Работаю на сопротивление. И на себя, конечно. Вот, Роза Кухарка хотела меня припрячь, но я не дался! Как самый настоящий мусон… А что такое?

– Нет, – покачала головой девушка. – Ты не мусон.

– Самый настоящий мусон, – Эдвард затряс головой.

– Где же твоя татуировка? – она окинула его взглядом ниже пояса.

– Та… татуировка? Ну-у-у… Так я ее свел. Да. Чтобы враги случайно не узнали, что я мусон, взяв меня в плен.

– Мусоны из боевых подразделений не сдаются в плен. Ты – лжец, – констатировала Марина и ткнула обманщика электрошокером, так что он затанцевал в квадратной ванне, а затем взмолился:

– Мариночка, не надо, пожалуйста… Я всё расскажу.