Аромат смерти

Но теперь следовала правилам для работников суши-ресторанов, заимствованным у Японии: пять нажатий жидкого мыла, поскрести ногтями, сполоснуть, вытереть полотенцем, подставить под сушилку, сбрызнуть антисептиком. Последний шаг – предъявить руки супервайзеру для инспекции. Что угодно, лишь бы избежать распространения бактерий.

Она швырнула одежду в стиральную машину. Залила в выдвижное отделение моющее средство, сверху плюхнула ароматизирующий кондиционер. Захлопнула дверцу и нажала на кнопку. Машина вздрогнула, внутрь полилась вода.

Когда Иви только начинала работать, то просто выбрасывала грязную одежду. Не могла удержаться: вонь проникала в ткань и преследовала ее, словно гарпия. Она стирала одну и ту же загрузку четыре раза подряд, а потом все равно сдавалась и выносила на помойку, завязав мусорный мешок двойным узлом и швыряя его в бак с расстояния, словно дискобол свой диск. Ветровки, футболки, лифчики, трусы, носки. Даже кроссовки, а один раз и сотовый телефон. Но после пяти или шести дней на работе шкаф наполовину опустел, и она поняла, что не может себе этого позволить.

Стирка превратилась в наваждение.

Иви спустила лямки и холодными пальцами потянулась за спину. По позвоночнику пробежала дрожь. Когда она расстегивала лифчик, пришло сообщение от Ховарда:

Не принимай душ в офисе! Езжай прямиком домой.

Динь-динь-динь. Еще одно сообщение.

Я купил ризотто с бараниной, твое любимое. Жду на улице.

На самом деле она ужасно проголодалась. Желудок, превратившийся в обвисший пустой мешок, заурчал.

Слова «ризотто с бараниной» запустили нечто вроде рефлекса, как у собаки Павлова. Иви сняла резинку с волос и встала под душ. Несколько лет назад по настоянию сотрудников душевую отремонтировали, превратив ее в самое роскошное помещение в офисе. Там были отдельно сухая и мокрая комнаты, пять душевых кабинок, мраморная плитка, шкафчики, зеркала в полный рост, даже отделение для отдыха.

Горячая вода не просто очищала кожу, но массировала ее, восстанавливая чувствительность.

Словно ледяная глыба попадала в кипяток. Обоняние, однако, не пробуждалось, и Иви придумала собственную процедуру: сначала вычищала ногти под краном, потом становилась под душ. Отмокала как следует и намыливалась с головы до пят. Принцип был прост: стоять под водой и тереть себя мочалкой, пока кожа не станет алой… нет, пока не начнет лопаться, пока она не ощутит, что последняя молекула вони не покинула ее поры, пока не сможет больше этого выносить.