Архивы Дрездена: Поле боя. Сочельник

Чужак пошатнулся, но даже не поморщился. С рычанием он ткнул в мою сторону копьем, но я выиграл достаточно времени для второго выстрела. Прежде чем Охотник вложил в удар вес своего тела, вторая пуля угодила ему чуть ниже и, должно быть, перебила позвоночник, поскольку мой противник шмякнулся оземь и…

…С оглушительным воплем зарылся пальцами в землю, а другой рукой направил копье мне в лицо.

Я пригнулся и отбил наконечник стволом револьвера. Посыпались искры. Наскоро прицелившись, я отправил последнюю пулю Охотнику в лоб.

Голова его запрокинулась, и не успел он завалиться в пыль, как стал иссыхать и скукоживаться.

Стая взвыла громче, звучнее, сильнее.

Я сунул револьвер в кобуру, метнулся вбок и опустил щит, одновременно пытаясь не задохнуться в дыму. Споткнулся о кучу меха и дряблой кожи – как видно, Речные Плечи пришиб свою жертву насмерть – и вовремя восстановил равновесие, поскольку из дыма появился еще один Охотник, эталонный, чтоб его, образец всего их отродья, почти на фут выше меня, с бугристыми мускулами и неизменным металлическим копьем в руке.

Он крутанул тяжеленным оружием, как крутит жезлом командующий на параде, и замахнулся, целя мне в голову.

Удар такой силы посохом не заблокируешь – разлетится в щепки. Поэтому я пригнулся, сдал назад и даже не увидел, а почувствовал, как с фланга заходит еще один Охотник. Отскочить-то я успел, но копье прошло так близко, что рассекло мне штанину и оставило разрез на ребре подошвы.

Из дыма появились еще две фигуры, до ужаса громадные. Один Охотник запустил в меня черным копьем, а второй просто ринулся вперед, расставив руки и растопырив пальцы с грязными ногтями, похожими на когти.

Копье угодило в левое плечо. При контакте наконечника с зачарованной кожей плаща брызнули искры, рожденные столкновением двух противодействующих энергий. Приятного мало. Такое чувство, что удар нанесли не копьем, а увесистой дубиной.

Меня отбросило вбок, и организм наполнился нейтральным белым шумом, которым Зимняя мантия подменяет болевые ощущения.

Один из Охотников бросился ко мне – стремительно, будто живое копье, – и новый удар пришелся в правый бицепс. Примерно в то же мгновение другой чужак – тот, что не следил за ногтями, – налетел на меня почти что под противоположным углом, но ударил не в бицепс, а в голень.

Я упал и сильно ушибся.