Без ума от тебя

Живот стало крутить, будто внутри заработала бетономешалка.

– Я так рад, что ты здесь.

Джон приобнял ее – она чуть отстранилась, пробормотав:

– Спасибо, что пригласил.

– Конечно, что за разговор! Ты нам не посторонняя, ты – часть семьи. Для меня ты больше семья, чем другие.

– Надеюсь, что нет, – проговорила Харриет, высвобождаясь из осьминожьей хватки. – Нам инцест не нужен. Ну что, тогда я в душ, ладно?

– Валяй! – сказал Джон, уступая ее едва уловимому нежеланию соответствовать моменту.

Он принялся щелкать кнопками пульта от телевизора.

В силу какого неписаного правила мужчины, войдя в гостиничный номер, первым делом включают на полную громкость Си-эн-эн и валятся в носках на кровать? Харриет привыкла чистить зубы в шикарном люксе под доносившийся из-за двери бубнеж о том, что насилие и грабежи продолжались всю ночь, в то время как лидеры национальных общин призывали сохранять спокойствие.

Она открыла чемоданчик и нашла вечернее платье, чистый бюстгальтер и трусики, мысленно помянув недобрым словом Джеки и давя в себе упрямое желание надеть ту же футболку.

Нет, еще круче: в пику ей заявиться в футболке со слоганом СТЕРВОЗНЫЙ РЕЖИМ: АКТИВИРОВАН и в кроксах с британским флагом.

В ванной, выложенной от пола до потолка белой плиткой и наводившей на мысль о санатории с сексуальным уклоном, Харриет встала под лейку душа размером с обеденную тарелку. Поток воды приятно горячил тело, смывая с лица волосы, слипавшиеся в мокрую кошму. У Харриет была густая грива соломенного цвета, которую многие сочли бы за благо, но на практике справиться с ней можно было единственным способом – заплести в длинную высокую косу.

В подростковом возрасте она попробовала подстричься, но голова стала напоминать раскидистый куст. Как-то на уроке естествознания в школе они рассматривали в микроскоп собственные волосы, и ее оказался похож на пшеничный колос.

Харриет вытерлась, надела белье и взяла платье, лежавшее на кресле с обивкой шинуазри. Ванные комнаты с креслами: безумная фантазия.

Харриет нечасто покупала платья, но это, увиденное несколько месяцев назад в витрине магазинчика в живописной деревушке, ей приглянулось. Нужно было как-то убить полтора часа перед тем, как Энди и Аннетт поклянутся друг другу в вечной любви, поэтому Харриет решила взглянуть на платье вблизи. Само собой, она попала в цепкие ручки скучающей продавщицы, которая клятвенно заверила, что оно будет смотреться изумительно. И оказалась права.