Безумная ночь

– А потом мы сразу же отправимся в Лондон, – добавила Уинни со страдальческой ноткой в голосе. – Надо подготовить Зою к ее первому сезону, причем за очень короткое время. И тебя тоже, Фредди! Прошлогодними бальными платьями нам не обойтись.

Фредди в ужасе повернулась к ней:

– При чем тут мои бальные платья?

Но миссис Уэйден, уже погрузившись в расчеты, бормотала, загибая пальцы:

– Потребуется не меньше шести новых платьев. Правда, может, удастся переделать декольте на твоем шелковом, цвета слоновой кости.

Ты теперь как-никак уже не дебютантка.

Гас поставил своего коня в опасной близости от ее ферзя, но Фредди не обратила на это никакого внимания.

– Уинни, неужели мне опять придется присутствовать на всех мероприятиях сезона?

Миссис Уэйден вскинула брови и заявила:

– Но ведь ты уже представлена свету, дорогая. Не допустишь же ты, чтобы бедняжка Зоя впервые вышла в свет без твоей поддержки? К тому же семейство господина Эллоуза будет там присутствовать.

Это было сказано с явным намеком.

Тео театральным жестом завершил сонату:

– Мы обречены!

– Да, Фредди, обречены, – подтвердил со своего места возле камина Майкл, снял ногу с латунной решетки и допил свой стаканчик хереса. – Мы все поедем в Лондон, или моя сестра Эви пожелает узнать причину нашего отказа. На тебе по крайней мере не лежит унылая обязанность танцевать со всеми девицами, которых никто не пожелал пригласить на танец.

– Не лежит, потому что я одна из них! – Фредди вскочила со стула, чуть не опрокинув шахматную доску.

 – И я не могу поехать, слышите? Просто не могу!

Уже покидая комнату, она услышала тихий голос Тео:

– Ну вот, снова-здорово! Какая муха укусила нашу малышку Фредди?

В гостиной воцарилось глубокое молчание, но Фредерику это не остановило. Она торопливо поднялась по главной лестнице, пробежала по коридору, потом по каменным ступеням винтовой лестницы поднялась в свою комнату в старой башне, открыла дверь и бросилась на кровать.

Ей было стыдно за свое поведение: ну как ребенок, в самом деле, но в последнее время у нее почему-то не получалось сдерживать эмоции.

Какая-нибудь несчастная царапина или пятнышко на платье могли заставить ее расплакаться. Что, черт возьми, случилось? С того вечера, когда Джонни заявил, что не может жениться на ней, жизнь, казалось, уже никогда не сможет вернуться в нормальное русло. Всхлипнув, Фредерика зарылась лицом в подушку.

Хорошо бы с кем-нибудь поговорить.