Берта Исла

Тому внезапно захотелось все повторить, он снова почувствовал желание, которое было трудно усмирить, хотя оно наверняка подогревалось в первую очередь тем, что открывалось его глазам. Совсем недавно он ничего этого не видел, поскольку Дженет стояла, да еще повернувшись к нему спиной. В голове у него пронеслась мысль: “Как такое возможно? Минуту назад я думал, что напрасно сегодня явился сюда, а теперь меня опять разобрало”.

– Что-то ты нынче задаешь слишком много вопросов, – недоверчиво буркнула Дженет и все-таки добавила, но не столько чтобы удовлетворить его любопытство, сколько желая выговориться: – Если ты читаешь газеты, скоро сам обо всем узнаешь.

Но дело не в этом. А в том, что он – Важная персона. – Она произнесла это так, словно написала с прописной буквы. – А я могу превратить его в Ничто, то есть в бывшую Важную персону. Он это знает, но моим угрозам не верит. Точнее, ему хочется считать, что у меня на такое не хватит духу или что я в очередной раз смирюсь, поутихну – и все пойдет по-прежнему. Что в следующие выходные я приеду на свидание, он приласкает меня, отпустит пару шуточек, и я забуду про свой ультиматум. Одна из его неотразимых черт – стойкий оптимизм. Он убежден, что у него всегда все будет хорошо. Абсолютно все. Хотела бы и я быть такой!

– Хью – Важная персона? – невольно переспросил Том. – Кто он? Я о нем слышал?

– Ты слишком много хочешь знать. И вообще, я что-то устала. Пора тебе отчаливать. – Она произнесла это не шевельнувшись, даже не подумав встать и проводить его до двери или хотя бы поцеловать на прощание.

А Том не мог отвести глаз от той же картины: все еще чуть влажной, чуть припухшей мягкой щели, которая, как ему казалось, пульсировала, и почувствовал, что его стало забирать. Ему захотелось снова войти туда или хотя бы получше ее рассмотреть – да и что ему мешало сделать это, в конце-то концов? Ничего. Он без малейшего стыда наклонился, потом протянул руку. Визуальное вроде как превратилось в прелюдию к тактильному, ведь часто, хотя и не всегда, желание смотреть бывает соблазнительнее любых прикосновений.

– Что с тобой? – В тоне Дженет явно прозвучало раздражение, если не злость, и она быстро сдвинула ноги, будто увидела в его руке нож. – Что с тобой сегодня? Я ведь сказала, что очень устала. Чего это ты надумал? Неужели не спешишь, как всегда, домой? А вот я хочу поскорее лечь спать.

Рука Томаса повисла в воздухе, ему стало неловко. “И правда, что это я?” – мелькнуло у него в голове.