Библиотекарист

Мать Боба и Сэнди наблюдали за происходящим из толпы; прежде им встречаться не доводилось, но они как-то сразу поладили, наклонялись друг к другу и обменивались шутливыми откровениями. После церемонии мать Боба настояла, чтобы Сэнди поехал с ними на праздничный ужин; когда тот уселся на переднее сиденье “шевроле”, Боба овеяло предчувствием катастрофы.

Они направились в ресторан, где кормили морепродуктами, хотя морепродукты Боб не любил. Сэнди и мать Боба выпили по четыре мартини и так спелись, что совсем уже хором стали поддразнивать Боба, уж больно он, дескать, замкнут и чересчур серьезно к себе относится.

– Подумать только, все это время я жила с библиотекарем и даже не подозревала об этом, – сказала мать. – Скажи мне об этом кто-нибудь, когда он родился, тогда бы я хоть что-нибудь понимала. Ведь годами тихонько сидел у себя в спальне!

Когда мать Боба пошла в туалет, Сэнди сунул Бобу письмо. Сказал, что это подарок на выпускной, только Боб должен открыть его, когда он будет один.

В разгар трапезы настроение у всех было приподнятое, но к тому времени, когда принесли десерт, мать Боба и Сэнди одолела угрюмость, навеянная, надо полагать, джином. Мать притихла, скрестив на груди руки, а Сэнди принялся отпускать в свой же адрес колкие, ехидные замечания, и его обычно насмешливые, добрые, но усталые глаза затуманились, как будто его одолевали мысли порочные. Принесли счет, Боб вызвался по нему заплатить, и, к его удивлению, никто этому жесту не воспротивился.

Боб извлек вялую мать из выгородки и через ресторанный зал и парковку повел к “шевроле”. Устроив ее на заднем сиденье, сел за руль и завел машину. Сэнди стоял в свете фар, безуспешно пытаясь совместить пламя зажигалки с кончиком сигареты. Боб опустил стекло и спросил, что он делает, и Сэнди ответил:

– Я знаю место, которое подходит нам идеально.

– Мне нужно отвезти мать домой.

– Оставь ее, пусть отоспится. Вряд ли это в первый раз будет, когда она проснется в машине одна.

И нам столько всего есть отпраздновать. – Он махнул в сторону центра. – Хочешь, я поймаю нам такси? Давай поймаю. Поймать?

Боб дал задний ход, и свет фар отступил от Сэнди.

На полпути домой мать Боба, совсем вдруг проснувшись, спросила:

– Почему ты мне не сказал?

– Что не сказал?

Она сидела, глядя на окружающий мир, а они ехали вдоль него, мимо.

– Ты думал, я что, расстроюсь? Будь справедлив, я все-таки уже пожила, Боб.