Благословение небожителей. Том 5

Порой его бросало в дрожь, стоило лишь услышать имя Безликого Бая, но наследный принц служил символом противостояния угрозе, которую представлял «непревзойдённый» демон. Если бы друзья увидели уныние Се Ляня, они потеряли бы последнюю надежду.

Конечно, с тех пор многое изменилось. Хуа Чэн ещё крепче сжал плечо принца:

– Это нормально. В страхе нет ничего постыдного.

– Подумаешь, недостаёт смелости, – криво улыбнулся Се Лянь.

– Не бывает смелости без страха. Не будь так суров к себе. – Принц застыл, обдумывая эти слова, а князь демонов быстро сменил тему: – Итак, только эти трое?

Се Лянь кивнул: кто-то из перечисленных людей вложил ему в голову воспоминания об извержении вулкана Тунлу.

Хуа Чэн задумчиво нахмурился, но внезапно голос принца прервал его размышления:

– Нет, не только!

– Что? – Хуа Чэн поднял взгляд.

Се Лянь тихо вздохнул:

– На самом деле есть ещё четвёртый. Он отвечает первому условию, но вряд ли имеет отношение к воспоминаниям мертвецов.

Хуа Чэн повернулся к принцу всем телом:

– Вот как? Откуда тебе это известно? С этим человеком тебя тоже связывают многолетние близкие отношения?

В голове Се Ляня мелькнула мысль: «Не сказать, что многолетние, а вот что до близких…» – лично он считал их именно такими. Однако ему было неловко это озвучивать, потому он туманно ответил:

– Как бы то ни было… Пожалуй, ему я доверяю больше всех: больше, чем советнику и Цзюнь У. – Се Лянь смущённо закашлялся.

 – Мне неудобно в этом признаваться, но… Если я совершу страшную ошибку или попаду в серьёзную передрягу, первым, о ком я подумаю, наверняка будет он… Здесь другое, не как с наставником или Владыкой… – Принц осёкся, заметив странное выражение на лице Хуа Чэна, и нерешительно окликнул: – Саньлан?

Хуа Чэн опомнился и вскинул брови:

– М-м? Я просто задумался. Говоришь, ты всецело доверяешь этому человеку?

Обычно князь демонов вскидывал брови, когда был чем-то доволен или хотел подшутить, но сейчас получилось несколько наигранно.

Се Лянь кивнул:

– Да… А что-то не так?

Хуа Чэн опустил голову, поправил серебряные наручи и нарочито небрежно сказал:

– Не то чтобы… Конечно, это только моё мнение, однако, гэгэ, ты слишком наивен…

Повисла пауза. Принц не был до конца уверен, понял ли Хуа Чэн, о ком идёт речь, но не решился продолжать этот разговор, чтобы не выболтать лишнего, и бросил в ответ лишь «угу».