Благословение небожителей. Том 6

Инь Юй резко замолчал, лицо его застыло, а Цзюнь У заложил руки за спину и легко перешагнул через кольцо света, казавшееся доселе непреодолимым барьером.

– Я это предвидел. Потому-то и не стал снимать с тебя проклятую кангу.

Инь Юй поднял руку, и Се Лянь убедился: канга так туго стянула запястье, что захрустели кости. Кожа Инь Юя сделалась бледней бумаги, и белизна начала распространяться по телу. Проклятая канга высасывала из него кровь!

Се Лянь подскочил и упал вместе со стулом. Он больше не видел, что происходит в соседней комнате, только отчаянно бился на полу, пытаясь выпутаться, но тщетно – оставалось лишь слушать доносящиеся от зеркала на стене звуки.

Спустя некоторое время перед глазами принца показалась пара белых сапог: вернулся Цзюнь У. В руке он сжимал проклятую кангу, которая, напившись крови, окрасилась в багровый цвет – должно быть, снял её с Инь Юя. Владыка присел на корточки и коснулся головы Се Ляня:

– Можешь сходить попрощаться со своим другом.

Узел, которым была завязана Жое, ослаб, Се Лянь поднялся на ноги и замахнулся кулаком, целясь Цзюнь У в лицо. Разумеется, принц промазал и даже чуть не потерял равновесие, но он и не питал по этому поводу иллюзий, лишь хотел выплеснуть гнев. Затем Се Лянь помчался в соседний зал.

На полу лежал Инь Юй – бледный и неестественно худой, похожий на вырезанную из бумаги фигурку. Щёки его сморщились, исходившее от тела сияние угасло – вместе с духовными силами вернулось к Цюань Ичжэню.

– Инь Юй! – бросился к нему принц.

Тот поднял взгляд, глаза его казались теперь больше, чем обычно.

– Ваше высочество… – прохрипел он.

Цюань Ичжэнь не мог даже подняться на ноги после жестокой схватки, только рыдал, устремив свой взор к небесам:

– Прости, шисюн, я умею только драться, но я не в силах одолеть его!

Из его носа и рта снова брызнула алая кровь и в очередной раз угодила Инь Юю в лицо. На лбу у того вдруг вздулись вены, и он закричал из последних сил:

– Я же велел тебе прекратить плеваться! Ай, ладно… Раздражаешь меня до смерти! – Он вновь обмяк.

Се Лянь не знал, как реагировать.

Внезапно глаза Инь Юя наполнились слезами.

– Я понимаю, – прошептал он. – Ичжэнь – выдающаяся личность, а я – посредственность. Я достиг своего потолка. – У принца защемило сердце от чувства собственной беспомощности. – Понимаю, но не желаю с этим мириться. На самом деле я думал так же, как Цзянь Юй.