В конце строки

Мы прошли мимо киоска, в котором в прошлом году я обычно покупала прессу: ежедневно я приобретала журналы и издания, которые мне нравились, а по воскресеньям – четыре разные газеты, чтобы быть в курсе разных точек зрения, даже если я их не разделяла. Что-то, что меня интересовало, что-то, чего я не понимала, что-то, что выводило меня из себя, и что-то, что я обожала. Предполагалось, что это будет важной частью моей работы.

София остановилась, чтобы купить журнал, и спросила, нужно ли мне что-то. После моего отрицательного ответа она молчала всю оставшуюся дорогу, я тоже не решалась заговорить.

Когда я почувствовала, что София заглядывает ко мне в дверь, я даже не попыталась скрыть то, что я искала на своем ноутбуке. Возможно, мне хотелось, чтобы она увидела, может быть, мне хотелось поболтать. Никто о нем больше не говорил, и это намеренное молчание меня убивало.

София зашла в мою комнату с небесного цвета пледом на плечах и цветком в руках. Я не знала, был ли это новый цветок, или он уже прожил с нами несколько недель. После переезда я потеряла счет всем тем растениям и цветам, что София притаскивала в дом. Ей нравилось прохаживаться с ними по квартире. Она говорила, что каждое растение должно решить, какая комната ему нравится больше всего, подобно нам, когда мы только въехали. Множество цветов прошли через полку над моей кроватью и подоконник, но в итоге остались только кактусы.

На этот раз София принесла желтый цветок, такого же цвета, как и плед, что был накинут на мои плечи, или свет фонарей за окном.

– Что делаешь? – спросила она, встала коленями на кровать и вытянулась, пытаясь поставить моего нового соседа на полку. – А, вижу. Так значит, вот какой сегодня день.

Она пододвинула меня, взяла один из концов своего пледа и накрыла меня им, укутала в синее.

– Я не могу перестать думать о нем, – призналась я.

– Когда лазаешь?

Я едва заметно покачала головой.

На экране моего компьютера была фотография Габриеля, одна из тех, что мне нравились. Помню, что когда впервые увидела ее, то была в шоке. Я сочла его безрассудным, тем, кто понапрасну рискует своей жизнью. Однако сейчас я видела его совсем по-другому: видела другой оттенок зеленого в его глазах, тот, что вдохновляет стремиться к свободе.