Сочувствую ее темным духам… 13-21

Рей вложил заповеди в папку со сведениями о Шелтере, тяжело вздохнул и направился к «синусоиде» Ларри Майлза, моля всех выдуманных богов о том, чтобы в этот раз Афина не явилась к нему в несвоевременном антифильме.

*************

Но одно – мысль, другое – дело, третье – образ дела. Между ними не вращается колесо причинности.

Рей позвонил в дверь.

Ромбовидную дверь.

После пяти секунд раздражающей музыки, исходящей от дверного звонка, ромб открылся – и на пороге показался Ларри Майлз, одетый в грязный лабораторный халат.

С момента их последней встречи прошло куда больше года, за это время изменений во внешности Майлза не появилось – хотя, волосы стали чуть длиннее, глаза – мрачнее, а под самими глазами появились темные круги, совсем как у Рея. Майлз не сразу узнал Рея, но как только узнал, радостно воскликнул:

– Рей! Ты живой!

– Нет, не живой, это мой клон, – сказал Рей.

Майлз расхохотался.

– Рад, что ты шутишь – значит, все нормально?

Рей неопределенно пожал плечами.

– А то после того случая в баре, того самого, когда ты по неосторожности попробовал лициды, я и не знал, что думать… Я думал, у тебя появилась зависимость. Я не получил от тебя ни одного квантового письма – я подумал о самом худшем.

– Зависимость, конечно, есть, но от нее не умирают, – с сожалением произнес Рей.

В ухе у Рея неприятно чавкнуло. Он дернулся. Не хватало еще, чтобы Сикстен Бейл своим безумным криком отпугнул Майлза, тем самым заставив Рея сделать то, чего делать он пока не хотел.

Майлз по-своему оценил изменения в лице Рея. Он сочувственно кивнул и сказал:

– Неправильно заставлять тебя стоять на пороге. Проходи.

– Спасибо.

Рей прошел в ромб – и чуть не ослеп от яркого света. Сощурившись, он стал оглядываться по сторонам, предполагая, что интерьер лаборатории Майлза окажется столь же экстравагантным, как и ее экстерьер.

И не ошибся. Яркий свет постоянно ослабевал – перед Реем стали прорисовываться темно-зеленые стены с ярким, как искусственное солнце, потолком – вот, оказывается, откуда идет ослепляющий свет.

Настолько ослепляющий, что Рею казалось, будто и вовсе не было никакого потолка, будто бы он, готовый сгореть заживо, оказался в центре звезды. Рей обернулся на Майлза, но увидел лишь слабые очертания ученого.

– Не волнуйся, – прозвучал голос Майлза. – Скоро ты привыкнешь к освещению.