Великие научно-фантастические рассказы. 1960 год

Думаю, сэр, что каждый контракт, заключенный «Туристическим агентством» с арендодателем, должен быть аннулирован как противоречащий общественным интересам. Сдача своего тела в аренду, которая вполне может повлечь за собой нарушение закона – и, судя по опыту, это происходит в девяти случаях из десяти, – то же самое, что заключение контракта на совершение любого другого незаконного действия. Такой контракт просто не может быть приведен в исполнение. Общее право дает нам множество прецедентов на этот счет, и…

– Пожалуйста, мистер Пулчер.

, я не судья. Если вы так сильно переживаете, почему бы не обратиться с этим в суд?

Пулчер обессиленно откинулся на спинку кресла.

– Нет времени, – признался он. – И кроме того, уже слишком поздно для помощи тем шестерым, которые меня интересуют. Желание избежать сдачи в аренду уже подтолкнуло их к еще более тяжелому преступлению. Я просто пытаюсь объяснить это вам, сэр, потому что вы – единственная надежда. Вы можете их помиловать.

Лицо мэра стало свекольно-красным.

– Помилование? От меня? Для них?!

– Они не причинили вреда вашему мальчику.

– Нет, не причинили, – согласился мэр. – И я уверен, что участие по крайней мере миссис Голтри не было добровольным. Но можете ли вы сказать то же самое о других? И могла ли она предотвратить это? – Он встал. – Мне жаль, мистер Пулчер. Ответ – нет. А теперь вы должны меня извинить.

Пулчер поколебался, затем смирился с отказом. Дел больше не осталось.

В мрачном настроении направился он по коридору к выходу, едва замечая прибывающих гостей.

Очевидно, мэр устроил коктейльную вечеринку для немногих избранных. Кого-то Пулчер узнал – например, Лью Йодера, окружного налогового инспектора. Вероятно, мэр пригласил кое-кого из политиков в белых воротничках выпить перед обязательным появлением на ужине по сбору средств. Пулчер поднял взгляд, мрачно кивнул Йодеру и пошел дальше.

– Чарли! Какого дьявола ты здесь делаешь в таком виде?

Пулчер резко выпрямился. Дикон здесь? Адвокат огляделся по сторонам.

Но лидера партии нигде не было видно. По коридору шел лишь Йодер. И, как ни странно, смотрел прямо на Пулчера! И говорил только что именно Йодер.

Его лицо застыло. Выражение на нем было непонятное, но уже знакомое Пулчеру. Сегодня он видел такое же – у того сопляка, Донли, который заменил его в суде.

– А, Майло, это ты, – сконфуженно сказал Йодер. – Привет. Я, э-э, принял тебя за Чарли Дикона.

Пулчер почувствовал, как волосы у него на затылке встали дыбом.