Во имя народа

Если бы не подлый прием с отказом в кредите, акции «Дафэн» точно не смогли бы оказаться в мошне у корпорации «Шаньшуй». Хочешь спросить, кто этот человек? Член Постоянного комитета парткома провинции, секретарь горкома партии города Цзинчжоу Ли Дакан!

Ситуация становилась чем дальше, тем заковыристей; похоже, у друга детства, Цай Чэнгуна, снова обострилась старая болезнь – нести всякую чушь. Ладно, приплел учителя, так еще наговорил на секретаря горкома Цзинчжоу. Превратил заурядный экономический конфликт в запутанную детективную историю в стиле Конан Дойля.

Как только дали ему возможность что-то сказать, тут же повеяло историей с уличным рассказчиком. Вспомнилось, как в детстве он несколько дней подряд слушал уличных рассказчиков и в результате пропустил занятия в школе, да еще и получил взбучку от своего отца.

Пока Цай Чэнгун продолжал вещать, Хоу Лянпин с удивлением обнаружил, что костюм, принесенный в качестве подношения, вовсе не унесли, он продолжал висеть в чехле на вешалке возле двери.

Хоу Лянпин, перебив друга детства, спросил:

– Цай Баоцзы, ты почему не приказал водителю унести этот костюм?

Цай Чэнгун, прервав рассказ, начал оправдываться:

– Унести – это деньги выкидывать, Хоуцзы. Я заказывал его по твоей фигуре!

Хоу Лянпин удивился:

– Что ты несешь! Когда это я позволял тебе обмерять мою фигуру?

Цай Чэнгун воскликнул:

– Хоуцзы, когда ты приезжал в прошлом году весной на встречу выпускников, я и обмерил. Ты тогда напился в стельку, а я вызвал главного мастера с фабрики, мы сняли мерки и заказали тебе пару! Ты попробуй, красота же! Наклеили иностранные ярлыки, пара – двадцать три тысячи!

Хоу Лянпин разозлился: быть таким осторожным и в итоге всё равно впустить торгаша – куда это годится? Он вытянул руку в сторону входной двери:

– Цай Баоцзы, немедленно забирай свой костюм и вали! Ситуацию я теперь знаю, могу связаться с заинтересованной стороной и проверить факты.

Пожалуйста, побыстрее!

Цай Чэнгун встал, большая бородавка жутко запрыгала.

Подойдя к двери, он внезапно потянул Хоу Лянпина за руку.

– Хоуцзы, я знаю, ты в душе вечно ругаешь меня торгашом, но и торгаши просто так не хотят нарушать закон; они тоже добропорядочный народ! Начальник Хоу, умоляю тебя, спаси маленького человека, всё, что я сказал, – это чистая правда! Со стороны кажется, что это Гао Сяоцинь украла права акционеров, но бог знает, какие прощелыги стоят за этим.