Войны вампиров

Вдруг он закричал от радости, и эхо громовыми раскатами отразилось от скал. Оно показалось Роберту до того неожиданно громким, что он в изумлении остановился. Причиной его ликования послужило великое множество двустворчатых раковин, которыми был усеян красноватый грани чуть повыше уровня воды.

– Я спасен! Я спасен! – твердил Роберт.

Набрав моллюсков, сколько мог унести, он вернулся в пещеру, чтобы полакомиться добычей. Казалось, силы возвращаются к нему с каждой минутой.

Два следующих дня Роберт только ел спал, пока достаточно не окреп.

– Все, хватит! – решил он наконец. Не могу же я сидеть здесь, как чайка в гнезде, питаясь одними устрицами! Пора что-то предпринять!

Большую часть ночи Дарвел провел в раздумьях. У него начали зарождаться смутные подозрения. Необычное небо, металлическая капсула, служившая Роберт; подобием постели, безлюдный берег – во подсказывало Роберту, что он очутился очень далеко от Индостана, и сон, от которого он очнулся, был не простым…

– А может, Ардавена приказал забросить меня на юг Сибири, чтобы, избавившись от меня, воспользоваться моими изобретениями? – с тревогой предположил Дарвел.

В пользу этих подозрений, казалось, говорила непривычная продолжительность дня и ночи. Хронометр Ардавена Роберту так и не вернул, а домыслы молодого человека не устраивали.

«В северных широтах длинные дни и короткие ночи, – размышлял он, – и наоборот, а тут все по-другому… Странные места…»

С тех пор, как перестали действовать парализующие средства, которые ввели ему факиры, Роберт постоянно хотел спать и в тот вечер он не смог все обдумать до конца.

Дарвел снова провалился в сон. Он просыпался только затем, чтобы поесть, и тут же засыпал опять.

В один прекрасный вечер его наконец одолела бессонница, и ночь казалась нескончаемо долгой. Роберт решил подняться на самую высокую прибрежную скалу, как только рассветет.

Однако он засыпал, просыпался и спал снова, а темнота по-прежнему окружала его.

На мгновение Роберту подумалось, что тут царит полярная ночь, которая продолжается целых полгода, и он невольно вздрогнул.

Наконец сквозь пелену тумана начали пробиваться первые лучи красноватого солнца.

Роберт встал, подкрепился неизменными моллюсками и, не долго думая, принялся карабкаться на красные гранитные скалы, окружавшие грот. Подъем занял у него около часа.