Время пепла

– Ты что же, работаешь теперь на Тетку Шипиху? Я такого и представить себе не могла.

– Не работаю, – сказала Алис. – Влезла в кой-какие неприятности и заплатила ей, чтоб отсидеться.

Линнет кивнула, не отпуская девушку от себя.

– Ну и славненько. С такими, как Шипиха, расплачивайся сполна, но не вздумай на них шестерить. Столько народу пропало так почем зря. Слишком много. А ты всегда была хорошей, честной девочкой.

– Ладно, не буду я вас задерживать, – сказала Алис. Она не сумела убрать из голоса жалость, но перед тем, как уйти, чмокнула Седую Линнет в щеку.

Уважила. Линнет смотрела ей вслед и вспоминала, кем была, когда ее бедра покачивались так, как у Алис.

Встреча оказалось доброй приметой. До того как солнце поднялось над венцом храма, она обзавелась полудюжиной пар трудолюбивых рук и острых ребячьих глаз к своим вдобавок. С утренним солнцем за спиной они непоседливой кучей шествовали по Притечью и распевали песенку про собаку, которая откусила свой хвост.

Глаза у Линнет уже не те, что были, а руки-ноги к вечеру совсем отваливались.

Если дети прекратят к ней ходить, придется голодать, поэтому она и шутила, и приплясывала, и дарила им радость, невзирая на самочувствие. Для женщины ее возраста есть и худшие способы выживания.

У моста между Притечьем и Коптильней – из желтого кирпича и черной известки – стоял шест с прибитыми обрывками одежды: синего платьица, желтой кофты и белой войлочной шапочки на ребенка лет шести. Их сняли с утопленного тела и выставили на опознание родителям.

Элбрит Худой-как-Тростинка подергал ее за рукав.

– Бабушка, а о чем ты думаешь?

«Я думаю, что дети – точно семечки вяза в реке: некоторым повезет пустить корни, но большинство так и сгниют в потоке».

– Я размышляю, какие сокровища принесла нам сегодня добрая река, – сказала она, потирая ладони. – И мне не те-нете-не терпится скорей об этом узнать!

Повизгивая, дети ринулись перебегать широкий мост. Седая Линнет засмеялась, потому что смеялась всегда, и двинулась за ними, словно и не страшилась крутого спуска по камням.

Знала б она, чего там найдет, повернула бы обратно.

– Ну и как все прошло? – спросила Сэммиш.

Алис пожала плечами.

– Отвели в туннель, взяли деньги. Давали поесть, попить, поспать и погадить. А полдюжины шлюх, когда не спали и не работали, резались в карты. Замечательно отдохнула.

– Значит, ты вернулась? – спросила Сэммиш.

– Да, – сказала Алис. – Куда деваться? Я без гроша, спасибочки Оррелу.