Время пепла

Нужно бы с ним перемолвиться.

Не совсем, конечно, правда, но к тому очень близко. Одна серебрянная монета от Дарро еще осталась. Ею можно было оплатить еще день-другой, но после недели в подземелье Алис изголодалась по солнцу.

– Я тоже не видела Оррела с того дня, – сказала Сэммиш сочувственным тоном.

– Он и с тобой не рассчитался?

Сэммиш пожала плечами. Алис сидела с ней на деревянной скамейке, лепила комки то ли грязи, то ли помета и швыряла в голубей, а те взмывали в воздух: черные силуэты в белом тумане.

– Его твой брат все разыскивал, – сказала Сэммиш.

– Если Дарро его нашел, то, значит, вот у кого наши деньги. Что я пропустила, пока отсиживалась?

Сэммиш откинулась, скрестив пальцы на затылке, и стала перечислять сплетни. Князь созвал совет из высокородных семейств – было сказано: «всех благородных кровей» – и отменил его перед самой встречей. В Речном Порту случилась драка – убили синего плаща, но никто точно не знал участников и ни один долгогорец вроде бы там клинком не махал.

Еще кто-то стащил рулон гаддиванского шелка из лавки на Новорядье, и ломбардщик подрядил Сэммиш разузнать кто, пообещав заплатить. С этим пока ничего не выгорело.

Разговаривая, Сэммиш согрелась, а порозовевшие щеки даже придали ей миловидности. Когда она пожала плечами, мол, больше ей не припомнить, Алис потянула из-за пояса последний серебреник. Сэммиш поглядела с надеждой, и Алис задумалась, давно ли девушка хоть что-нибудь ела.

– Отдашь, когда Оррел сунет назад свою харю, – заявила Алис.

Сэммиш радостно ухмыльнулась.

Движение у южных ворот сегодня было плотнее обычного, повозки и мулы тянули с возделанных полей урожай: горы свеклы, наваленной в человеческий рост, с запахом сырой земли и прелых листьев; горох и бобы в мешках, подпрыгивающих на плечах грузчиков; на одной телеге ехали даже арбузы – полосатые, с блестящей, словно навощенной, коркой.

Скоро предстоит основной сбор урожая, и Китамар будет праздновать – пирогами, ватрушками и забоем скота.

И каждый постарается запастить жирком, чтобы дожить до весны.

Привольные просторы за городом так и манили, но у ворот стояла стража, вела учет повозкам и начисляла пошлины. Привратники носили синее, и хоть Алис вроде бы не признала среди них того, кто гнал ее до калитки Ибдиша, рисковать не хотелось. Вместо этого обе девушки отправились в Притечье, поближе к университету.

Бочки с пивом охлаждались, тюкаясь друг о друга в илистой воде канала.