Глаза Гейзенберга

Держись за моими… разведчиками.

– Как скажете. – Орн осторожно повел сани в объезд торчащего на пути корня, глядя, как свет фар выхватывает из темноты суетливые фигуры его сопровождающих.

Пока они ползли вперед, в кабине стояла тишина.

– Слегка направо, – сказал Тануб, указывая на просвет между деревьями.

Орн подчинился. Вокруг с лианы на лиану метались силуэты.

– Я любовался вашим городом с воздуха, – рискнул Орн. – Там очень красиво.

– Да, – сказал Тануб. – Весь ваш вид так считает.

– Мы не хотели садиться там, где можно что-нибудь разрушить.

– В джунглях ничего нельзя разрушить, Орн.

– Почему у вас только один большой город? – спросил Орн.

Молчание.

– Я говорю, почему…

– Орн, ты не знаешь, как у нас принято себя вести, – прорычал Тануб. – Поэтому я тебя прощаю. Город нужен для нашей расы; для ее всевечности. Наши дети должны рождаться в лучах солнца. Когда-то, давным-давно, мы строили грубые площадки на верхушках деревьев.

В ушах Орна зашипел голос Стетсона:

– Полегче с разговорами про потомство и размножение. Тема всегда деликатная. Это яйцекладущие существа. Половые железы у них, судя по всему, скрыты под длинным мехом там, где должен быть подбородок.

«А кто решает, где должен быть подбородок?» – мимоходом подумал Орн.

– Те, кто властвует над местами рождения, властвует над нашим миром, – сказал Тануб. – Когда-то был еще один город.

– А много их… диких? – спросил Орн.

– С каждым сезоном все меньше, – ответил Тануб. Его голос звучал уверенно, горделиво.

– Вот откуда они берут рабов, – сказал Стетсон.

– Скоро диких не останется вовсе, – добавил Тануб.

– Вы отлично говорите по-галактийски, – заметил Орн.

– Вождь Высокой Тропы может позволить себе лучших учителей, – сказал Тануб. – Ты тоже много всего знаешь, Орн?

– Поэтому меня сюда и послали, – сказал Орн.

– Многим планетам нужно обучение? – спросил Тануб.

– Очень многим, – ответил Орн. – Ваш город… я видел там очень высокие здания. Из чего вы их строите?

– На вашем языке – из стекла, – сказал Тануб. – Инженеры с «Дельфинуса» сказали, что это невозможно. Как ты видел, они ошиблись.

На несущей волне раздался шипящий голос Стетсона:

– Культура стеклодувов! Это многое объясняет.