Гордость и страсть

А еще ей до смерти хотелось узнать, откуда эта праведница Элизабет узнала, что маркиз Элинвик – безнравственный мерзавец.

– Что ж, – согласилась она. – Я сыграю в правду или ложь.

Глава 4

К счастью, Сассекс обнаружил, что в клубе у Блэка не многолюдно в это время дня. Было слышно только, как тихо переговариваются официанты, привычно готовившие столы в ожидании наплыва посетителей, которые должны вскоре прибыть и провести здесь время до раннего утра. Вскоре им с Блэком нужно будет уходить, чтобы не привлекать к себе внимания тех, кто мог их узнать или заинтересоваться, почему они вместе.

Каждый Хранитель обязан создавать видимость того, что он один, а значит, сохранять вежливую дистанцию по отношению друг к другу. В обществе должны считать, что Сассекс, Блэк и Элинвик знакомы через масонскую ложу, потому что принадлежат к высшей аристократии. Большего сближения они не могли себе позволить, прилагая немалые усилия к тому, чтобы их нигде не видели вместе, кроме заседаний франкмасонов. Они избегали встречаться в фешенебельных клубах Мейфэра.

Существовало лишь одно исключение – клуб Блэка в дальней части Блумсбери. Большинство посетителей там составляли поэты и писатели. Эти люди склонны к альтруистическому образу мысли, в отличие от мучимых скукой и постоянной потребностью в сплетнях, чтобы хоть как-то сгладить монотонность жизни, титулованных особ.

– Куда, черт бы его побрал, он мог подеваться? – проворчал Сассекс, перед тем как отхлебнуть глоток крепкого горького кофе, который успел остыть за полчаса, что они ожидали прихода своевольного маркиза Элинвика.

Кофе стоило бы подсластить, он очень любил сахар. В детстве ему не позволяли его есть, и он превратился в настоящего сластену, когда повзрослел. Добавив еще сахару, он отпил из чашки и со звоном снова опустил ее на стол. – Ну и где он? – с досадой поинтересовался Сассекс.

Газетный лист, скрывающий сидящего напротив человека, отодвинулся, показалось лицо Блэка. Внимательные глаза глянули на него из-под нависших бровей.

– Он всегда опаздывает. Почему тебя это удивляет?

– Ему стоило бы помнить, что нам предстоит обсудить то, ради чего можно пожертвовать треклятым дневным сном.

В ответ Блэк сдержанно ухмыльнулся, складывая газету и удобно пристраивая ее на коленях.

– Проклятье! Неужели он ко всему относится с подобной беспечностью?

– Вчера вечером он сообщил мне, что планирует что-то вроде небольшой ночной разведки. Возможно, дело происходило в очень поздний час.