Горячие агентессы французской полиции Фрида и Гитта распутывают пять дел

Там они неспешно попивали коньяк и разговаривали.

– Ну, что скажешь? – спросила Гитта.

– Даже не знаю, – ответила Фрида. – Я ведь никогда не интересовалась математикой.

– Да, верно, – согласилась Гитта, – но то, что нам рассказал профессор, явно что-то значит. Не будем забывать об этом.

Фрида и Гитта вернулись в свою квартиру поздним вечером, держась за руки. Разделись и отправились в ванную – вдвоём, чтобы потереть друг дружке спинки.

Их утехи прервал внезапный телефонный звонок.

– Ну что там еще? – Гитта – нагая, мокрая, в мыльной пене – подошла к телефону и, сняв трубку, произнесла недовольным тоном.

– Это инспектор Бертран.

– Надеюсь, у вас что-то важное?

– Убийство. Обнаружили тело иезуитского монаха. Его ударили ножом в аллее Моник, неподалёку от бара «Красный петух».

– Вам следует связаться с парижским представительством ордена иезуитов.

– Они уже в курсе. Другой иезуит опознал убитого.

– Ладно. А мы вам зачем понадобились?

– Убитого иезуита зовут Гастон Гравуа, он был профессором математики в Сорбонне.

– Вот оно что. Пусть тело пока не увозят. Мы скоро будем.

Фрида и Гитта поспешили одеться, затем вышли на улицу, остановили такси и поехали на место убийства. Там собралась целая толпа, мигали огни полицейских машин, сверкали вспышки блицев.

– Вот он, – Бертран указал на мертвеца, – лежит на спине так, как его и нашли. Кто-то ударил его ножом прямо в сердце.

– А что за книга у него в руке? – Фрида подошла, чтобы взглянуть поближе.

– Ну, что скажете? – спросил инспектор.

– Пока не знаю, – отозвалась Гитта.

– Странно, не правда ли? – отметил Бертран. – Эта книга…

– Ну, всё-таки он был профессором математики, – сказала Фрида.

– Это верно.

– Инспектор, ручку не одолжите? – спросила Гитта.

– Конечно, – сказал Бертран, не ожидая подвоха. – Вот, возьмите.

Гитта взяла ручку и деловито погрузила её в рану на груди мёртвого иезуита.

– Боже правый! – ахнул Бертран. – Что вы делаете?

– Так было надо, – самоуверенно сказала Гита, возвращая окровавленную ручку инспектору.

– Нет, благодарю, – отказался Бертран, возмущённый донельзя. – Выбросьте эту пакость.

Гитта, пожав плечами, бросила ручку в сточную канаву.

– Господин инспектор, – начала Фрида, – могу я пролистать этот учебник? Вдруг удастся найти что-нибудь.

– Да, конечно, – кивнул Бертран. – Только аккуратно.