Градус любви

 – Вы не ранены?

Вопрос задала та мамочка, и я, опершись рукой на одну из машин, стрельнул в сторону девушки улыбкой.

– Только тем фактом, что провел целую жизнь, не зная тебя, милая.

Ее подружки захихикали, а на одной из них я заметил приколотый значок «Невеста». Мамочка стояла вся красная, а Логан тем временем сорвал с меня кепку и отпихнул обратно к брошенной бочке.

– Хватит, Казанова. Оставь в покое мою группу.

– Просто помогаю сделать их экскурсию по винокурне «Скутер Виски» незабываемой, братишка, – пожурил я и, подмигнув напоследок мамочке, вернулся к работе.

Логан продолжил экскурсию, провожая группу к выходу, а я не сводил взгляда с девушки, пока она не вышла за дверь.

Предполагаю, вечером столкнусь с ней в единственном баре города.

Марти отчитал меня за глупое поведение, а Пи Джей и Илай исподтишка дали пять. Ребята привыкли к моим розыгрышам, особенно в сторону братьев. Когда растешь в небольшом городе с одними и теми же людьми, и вы все работаете на одном месте и делаете одну и ту же чертову работу, то учишься извлекать немного удовольствия из ежедневной рутины.

– Ноа.

Голос Гаса привел меня в чувство, и я выпрямился, стерев с лица самодовольную ухмылку.

– Живо в мой кабинет.

Он даже не встал со стула, но я знал, что Гас слышал шум-гам от моей выходки. Когда я снял рабочие перчатки и направился в кабинет, уверенность в том, что я неприкосновенный сотрудник винокурни, немного пошатнулась.

– Закрой за собой дверь, – не поднимая взгляда, сказал он.

От внезапно наступившей тишины в ушах зазвенело, и я закрыл дверь до щелчка, а потом сел в одно из стоящих напротив него кресел.

Приподняв бровь, Гас поглядел на меня поверх бумаг, которые перебирал в руках, а потом вздохнул и положил документы на стол.

– Для начала: я ценю, что ты вносишь сюда немного веселья, но не валяй дурака, когда речь идет об охране труда, ладно?

– Да, сэр.

– Я знаю, что Логан – твой брат, и не возражаю против эпизодичных выходок.

Мы всегда рассказывали туристам историю о том, как создатель нашей винокурни скончался от незначительной травмы пальца. Жил-был здоровый мужчина, пожилой, но не страдающий от болезней, и вдруг гордыня его одолела. Он порезал средний палец в ладонном суставе, но решил никому не говорить, просто перебинтовал его и вернулся к работе.