Губительные ласки

Одной рукой Халед взял Клео за затылок, скользнув пальцами в густую копну ее волос, а другой рукой обнял ее за талию и притянул к себе еще ближе.

Он набросился на ее чувственный рот, теряя голову, когда ее язык коснулся его языка. Она была на вкус сладкой, как мед, распаляя его желание испить ее всю без остатка.

Халеду хотелось просто поднять девушку, раздвинуть ее узкие бедра и овладеть ею прямо там, где они стояли.

Их поцелуй был жарким и сладострастным, и Халед сходил с ума оттого, что Клео принадлежала ему.

Ему одному. Она хотела только его, наслаждалась его прикосновениями и все больше возбуждала его. А Халед никак не мог остановиться, и ему казалось, что так будет всегда и он никогда не пресытится ее ласками.

Он намеревался неспешно пробудить в ней страсть, но вместо этого вызвал целый ураган собственных чувств. Халеда настолько поглотили опьяняющие объятия Клео, что он даже не заметил, как они оказались на одной из каменных скамеечек. Он усадил девушку к себе на колени, а она раздвинула ноги, и мягкий жар ее тела окутал его отвердевшую плоть.

Клео тихо вздыхала, чем приводила Халеда в еще большее возбуждение.

Он снова прильнул к ее губам, и ему хотелось ласкать ее, пока не рассеются чары. Пока она не выкрикнет его имя и ее голос будет осипшим от взрыва чувств. Или пока это безумие не убьет их обоих. И Халед подумал о том, что он не будет возражать против такой смерти.

Он провел губами по линии ее подбородка, и девушка запрокинула голову, давая ему еще больший доступ к своему телу.

Халед опускался все ниже, пока не достиг края лифа ее платья. Он предпочитал женщин с пышной грудью, но тут не стал раздумывать и потянул за шелковую ткань. Вид небольшой округлой груди с набухшими сосками чуть не лишил его самообладания.

– Халед, – протяжно прошептала Клео.

Он обхватил рукой ее левую грудь, сминая ладонью тугой сосок и наблюдая за тем, как девушка закрыла глаза и прикусила нижнюю губу. Она была восхитительной и принадлежала только ему.

Халед продолжил свои пылкие ласки, и Клео тяжело задышала и задвигала бедрами, зажигая каждую клеточку его тела. Тогда он наклонился, провел языком по соску ее правой груди, а потом жадно обхватил его губами.

И когда Клео задрожала и с тихим стоном унеслась на вершину блаженства, Халед понял, что эта женщина доставит ему немало проблем.

Когда Клео пришла в себя, она чувствовала, что в руках Халеда полностью обессилела.

И что она пристыжена.