Губительные ласки

А еще я избежала наезда на человека.

Его глаза вдруг потемнели, и Клео задрожала от страха.

– И отчего же, по-вашему, убегала моя сестра?

– Может, вы хотите силой выдать ее замуж за кого- нибудь из своих союзников или что-то в этом роде?

Клео читала о подобных вещах в романах, но она не слышала, чтобы такое происходило в этой стране.

– Мисс Черчилль, у вас очень богатое воображение, – холодно заметил султан.

Клео сжалась от его взгляда, и ей вдруг захотелось сорваться с места и бежать куда глаза глядят.

Но она не пошевелилась, потому что на протяжении последних шести месяцев только и делала, что бежала, и впервые за все это время ее охватило желание остановиться.

– Ваша сестра не сказала мне, отчего убегает, – сдержанно ответила Клео. – Она просто запрыгнула в мою машину. А потом появились вы, как какой-то злодей из фильма ужасов. Только, к счастью, без топора.

И снова этот приковывающий к себе взгляд. Султан удивленно приподнял бровь, словно не мог поверить своим ушам.

Клео тоже не могла поверить, что решилась на подобное замечание.

– Моей сестре шестнадцать лет, – пояснил ее собеседник. – Она не желает возвращаться в свою частную школу. То, во что вы вмешались, было всего лишь капризом.

– Но она попросила о помощи, – с вызовом бросила Клео. – И, несмотря на весь ваш гнев, я не собираюсь извиняться за то, что помогла ей.

Султан холодно разглядывал ее, и она чувствовала, что наговорила глупостей.

Повелитель Джурата мог поступить с ней так, как ему заблагорассудится, и они оба понимали, что ее жизнь в его руках. Что могло быть глупее того, чтобы противоречить такому человеку, как он? Разве что доверие по отношению к Брайану.

– Вам повезло, что я не нуждаюсь в вашем прощении, – отрезал султан. – Но, боюсь, вам придется пройти со мной.

Халед бин Азиз, правящий султан Джурата, – если только мятежникам не удастся свергнуть его с престола – стоял рядом со своими покоями в старом дворце, где его охрана удерживала задержанную американскую девицу, и думал о том, что ему делать дальше.

Сестру до самого утра заперли в ее собственных покоях, чтобы потом отправить в частную школу, которая находилась за городом, и попросить преподавателей более тщательно следить за каждым шагом этой непослушной девчонки.

Халед понимал, что Амира не виновата в том, что ведет себя так легкомысленно и безответственно.