Гэсэр

Но к Сэбдэгу Атай-Улан

Обратился с речью другою:

«Стань отныне моим слугою,

Ты отринь пятьдесят и пять

Небожителей Западной части,

Ты пойми: чтоб найти свое счастье,

Ты мое обязан признать —

Властелина Востока – господство

И моих сорока четырех

Небожителей превосходство!»

Так ответил Сэбдэг владыкам,

Двум небесным царям великим:

«Я не знаю, кому подчиниться,—

Пусть на это ответит страница

Из священной Книги Судеб.

Прочитав, узнайте: по праву

Кто получит мою державу?»

Ищут, желтую книгу листая,

Ищут, вещие строки читая,

Два верховных царя небес,—

Оказалось, что книга святая

Отказала им наотрез:

«Никакая не вправе рать

У Сэбдэга страну отобрать!»

Но Хурмасу-богатырю

Так была та страна желанна,

Что упрашивать стал он Улана:

«Ты послушай, что я говорю.

Нам с тобою спорить негоже,

Я постарше, ты помоложе,—

Уступи мне эту долину!»

Хоть восточному властелину

Не понравилась просьба такая,

Уступил он Хурмасу все же,

С ханом ссориться не желая:

Тот постарше, он помоложе —

И Хурмаса в гости позвал.

Десять дней у него пировал,

И вино вкушая и счастье,

Повелитель Западной части.

Говорит довольный Хурмас

Властелину Восточной страны:

«Я к себе приглашаю вас

На десятые сутки луны».

И, простясь, на гнедом коне

Поскакал к родной стороне.

Бой быков

Было радостным возвращенье,

Но, забыв о своем приглашенье,

За собою не зная вины,

На десятые сутки луны

Тестя вздумал Хурмас навестить —

И отправился погостить.

Но в назначенный прибыл срок

Тот, кому подчинялся Восток,—

Небожитель Атай-Улан.

Вот пред ним высокий чертог

На небесном воздвигся просторе,

Но ворота все на запоре,

Не дымятся холодные трубы…

Рассердился Атай-Улан,

Заскрипели белые зубы,

Встали дыбом белые волосы

На горячей его голове,

Он пошел – и глубокие полосы

Протянулись в высокой траве,

И дворец, где не встретил дружбы,

Обошел он тринадцать раз,

Обошел постройки и службы

Он тринадцать и десять раз,

Закричал и – страхом объятых —

Пятьдесят кочевий потряс,

Будто десять сотен сохатых

На лесистых вскрикнули скатах,

Будто подняли громкоголосье,

Испугавшись, лосихи и лоси!

Он приехал к властителю в гости,

Ожидая высокой чести,

А уехал он полный злости,

А уехал он полный мести.