Демон, который ошибался

Да и тот факт, что мы, демоны, можем изменить цвет, также вызывает у обитателей Первого уровня преувеличенное представление о наших возможностях – подобно распространенному суеверию, что мы можем исчезнуть по своему желанию.

Из дыры меж тем появилась веревка, по которой стал спускаться маленький человек в темном, плотно облегающем одеянии. По счастливой случайности он спускался спиной ко мне. Быстро брошенный взгляд не дал ему возможности засечь меня – я сидел на стуле, не шевелясь и слившись цветом с окружающей обстановкой.

Я даже не дышал. Бесшумно и быстро, как домовая мышь, он метнулся к стойке с Сибиллианским сапфиром.

Я стремительно вскочил со стула и очутился рядом с вором. Он схватил драгоценный камень и обернулся. Мы оказались лицом к лицу – он с драгоценным камнем в руке, я с оскаленными клыками, готовый разорвать его и сожрать.

Но тут я вспомнил настоятельный совет Вольтипера о соблюдении вегетарианской диеты, а также приказ Мальдивиуса беспрекословно следовать этому совету.

При таком раскладе я не мог сожрать вора. С другой стороны, хозяин дал до этого распоряжение уничтожать всех воров.

От всех этих противоречивых приказаний я застыл в неуверенности, как будто заледенев. Из самых лучших побуждений я мог лишь стоять как чучело в музее, в то время как вор метнулся мимо меня и выбежал, выхватив из своего кармана трубку со светлячками, чтобы освещать себе путь.

После того как я простоял так в течение нескольких минут, до меня наконец дошло, каких действий, возможно, захотел бы от меня Мальдивиус, знай он все обстоятельства.

Они должны были заключаться в том, чтобы схватить вора, отобрать у него сапфир и стеречь до возвращения колдуна. Думаю, эти действия были бы весьма уместны. Конечно, обитатели Первой реальности гораздо сообразительнее нас, демонов, и просто нечестно ожидать от нас такой же блестящей реакции.

Увы, решение пришло ко мне слишком поздно. Я выбежал из лабиринта и ринулся по вырубленной в скале лестнице.

Однако к этому времени шустрого вора и след давно простыл. Я попытался уловить хотя бы запах, но не смог. Драгоценный камень исчез.

Когда доктор Мальдивиус вернулся и узнал о случившемся, он даже не стал меня бить. Только сел, закрыл лицо руками и заплакал. Наконец вытер глаза, поднял их на меня и сказал:

– О Здим, я вижу, что заставить тебя справляться с непредвиденными обстоятельствами так же невозможно, как научить лошадь играть на скрипке.