Династия Одуванчика. Книга 1. Милость королей

Ты снова хочешь ослепнуть?

– Вы только послушайте себя! – Кана неблагозвучно рассмеялась, и Киджи поморщился. – Когда мы в последний раз сражались, я сожгла все волосы на твоей голове и у тебя остались лишь эти смехотворные бачки. Теперь я с удовольствием оставлю более глубокие шрамы…

– …Или заставлю тебя потерять нечто большее, чем отмороженный мизинец, – заговорила Рапа.

Ее очаровательный холодный голос делал угрозу еще более страшной.

Мапидэрэ, рухнув на землю, пополз на четвереньках к статуе Руфидзо из Фасы, бога жизни, медицины и зеленых лугов, и схватил большой палец его ноги двумя руками, но холодный металл не принес успокоения.

– Властелин Руфидзо, – вскричал Мапидэрэ, – защити меня! Прекрати вражду между твоими братьями и сестрами.

Печальные глаза Руфидзо, высокого длинноногого юноши в плаще из зеленого плюща, ожили, он аккуратно тряхнул ногой, отбросив Мапидэрэ в сторону словно комок грязи, встал между Киджи, Фитовэо и близнецами и заговорил голосом мягким и успокаивающим, точно озера, напоенные водопадами Руфидзо, чья вода оставалась горячей круглый год, несмотря на холодный климат высокогорья Фасы:

– Хватит вставать в позу, братья и сестры.

После войн Диаспоры, во время которых нашей матери причинили много боли, мы дали клятву, что боги больше не станут вредить друг другу, и Моэно тому свидетель. При войнах Мапидэрэ мы сохраняли мир между собой – негоже и сейчас нарушать наши клятвы.

Лежавшего на земле Мапидэрэ успокоила речь Руфидзо.

Он вспомнил, как после легендарных кровопролитных войн Диаспоры, когда боги сопровождали древних героев ано на поля сражений, братья и сестры обещали больше никогда не поднимать оружие друг против друга и с тех пор вмешивались в дела людей только косвенно, при помощи убеждения, обмана, вдохновляющих речей и пророчеств. И еще боги дали слово не вступать в прямые схватки со смертными воинами, а действовать через людей.

Вдохновленный тем, что связанные клятвой боги не могут причинить вред простому смертному, Мапидэрэ встал и обратился к Руфидзо:

– Из всех богов именно ты должен понимать, что я посвятил свою жизнь войне, которая должна была покончить со всеми войнами.

Он говорил хрипло, но громко, собрав все силы своего дряхлого тела.

– Ты пролил слишком много крови, – вздохнул Руфидзо, и его пави, белый голубь, заворковал.

– Я проливал кровь, чтобы избежать еще больших жертв, – настаивал на своем Мапидэрэ.