До тебя

Беспокоюсь, что она подумает о месте, которое я теперь называю своим домом. Оно совсем не похоже на ее квартиру. Здесь нет ни цвета, ни души. Я не уверен, что ей понравится.

– Ух ты, – шепчет она и идет к панорамным окнам, за которыми раскинулся завораживающий вид на небо. Кладет ладони на стекло, и я улыбаюсь, ставя чемоданы в угол. Я подхожу к ней, замирая на полушаге, когда она с улыбкой поворачивается ко мне и говорит:

– Это потрясающе!

Меня охватывает чувство, которое я не могу описать. Наверное, облегчение.

Облегчение, что я снова вижу искры в ее глазах. Ария всегда умела восхищаться чем-то простым, и это мне нравится в ней больше всего. Она не обратила внимания на мой адски дорогой ремонт или картины на стенах. Нет. Вид из окна – вот что ее заворожило.

– Пойдем, – говорю я. – Покажу тебе все. Из твоей спальни такой же вид.

Ее глаза распахиваются, и от восторга, который я в них вижу, меня охватывает невероятное облегчение. Я волновался из-за нее… из-за ответственности, которую на меня возложил Ноа.

Не знаю, смогу ли я заботиться о ней так, как он от меня ждет.

– Не может быть, – одними губами произносит она и улыбается.

Я усмехаюсь и, схватив ее за руку, тяну за собой. Показываю ей комнаты одну за другой, и меня радует каждый восторженный вздох, срывающийся с ее губ. Когда я показываю ей бассейн на крыше и боксерский ринг, у нее кружится голова от впечатлений, но больше всего ее радует вид.

В конце концов мы останавливаемся перед гостевой спальней. Я давно ее обустроил, но, кроме Ноа, здесь никто не жил.

– Это твоя комната, – говорю я, приглашая ее внутрь.

Ария восхищенно осматривается, и я следую за ее взглядом, пытаясь увидеть свой дом ее глазами. Я два года искал идеальное место, и потом еще почти год делал ремонт. Здесь есть все, о чем я мечтал в юности. Много свободного места, потрясающий вид и все мыслимые удобства, все, что я видел по телевизору и считал, что никогда не смогу себе позволить. Мой дом… для меня воплощенная мечта, и думаю, Ария это понимает.

Сейчас она веселее, чем была по пути сюда, и я понимаю, что Ноа был прав. Предложить ей пожить у меня – это правильное решение. Каждый раз, когда она остается наедине с собой, она погружается в свои мысли, и по лицу видно, как ей больно. Ария – одна из самых сильных женщин, кого я знаю, но я все равно беспокоюсь за нее.

Она поворачивается ко мне и улыбается.

– Спасибо, Грей. За работу и за то, что разрешил мне пожить здесь.