Дом корней и руин

Вода выплеснулась из ванны на пол; брызги прошли сквозь Ханну, и она снова замерцала, оставшись при этом совершенно сухой.

Это был очень страшный момент, но Ханна лишь грустно улыбнулась, и ее щеки чуть округлились. Мягкий свет газовых ламп освещал ее кожу, подчеркивая мелкие морщинки вокруг глаз. Так не бывает. Вокруг нее не было никакой ауры, которая могла бы придать ей потусторонний вид. Она выглядела так же, как и всегда.

– Ты перестала стареть, ведь так? – спросила я, снова погружаясь в воду.

Я дрожала от холода и чувствовала себя очень уставшей.

Собственный голос казался мне тонким и слабым, и мысленно я находилась совсем не здесь, где была Ханна Уиттен, которой на самом деле не было, ведь ее нет в живых уже двенадцать лет.

– Всю мою жизнь я видела тебя именно такой.

Улыбка Ханны померкла.

– Не самое лучшее зрелище, пожалуй, – сказала она, пригладив седые волосы.

– Нет.

Я отказывалась в это верить. Это просто невозможно. Это не…

– Да, – с сожалением ответила она.

Я прижала коленки к груди; внезапно мне стало неуютно оттого, что я сижу нагишом перед ней, перед этим… духом? Привидением? Сущностью.

Ханна тоже села, поджав ноги под себя.

– Я не думаю… – тихонько вздохнув, начала она. – Может, просто забудем обо всем этом? – Она вытянула едва заметно мерцающую руку и с сожалением осмотрела ее.

– Ханна. Ты умерла, – прошептала я.

– Да, – согласилась она.

– Но как ты… Как я…

У нее было такое выражение лица, что мне захотелось плакать.

– Как это случилось? – спросила я, прежде чем успела подумать, но, кажется, это были правильные слова.

Слова, от которых нам обеим должно стать легче.

Ханна потерла шею и ответила:

– В ночь, когда случился пожар… В эту страшную, страшную, ужасную ночь…

– Ты не смогла выбраться? – спросила я, силясь вспомнить, что же произошло. Иногда кухарка разрешала мне и детям помогать с изготовлением конфет к празднику, и тогда приходилось долго вымешивать очень липкую, тягучую, неподатливую карамель.

Сейчас я ощущала нечто похожее.

Ханна покачала головой:

– Нет. Не в ту ночь, но… сразу после. Я узнала… Я узнала нечто ужасное. Кошмарное. Я не смогла этого вынести. Мое сердце не выдержало этого ужаса. Но, когда пришло время уходить… ну, вы понимаете, после… я не смогла заставить себя покинуть этот дом. Я не смогла оставить вас и ваших сестер. Вы казались такими маленькими и одинокими на снегу, напуганные и перепачканные сажей, и я… просто не смогла уйти.