Дом на городской окраине

Снизу до нее донесся голос печника, нахваливавшего добротность подаренного костюма и выражавшего готовность оказать любую услугу.

– Что понадобилось брату от них?.. – с жадным любопытством спросила пани хозяйка.

– Откуда ж мне знать, – отозвалась трафикантша, – верно, печку у них чинил.

– А о каком это они говорят костюме? – допытывалась жена полицейского.

– Ему дали поношенную двойку господина чиновника.

– Двойку ему дали? Хорошенькое дело. Нам он ничего не сказал. Ему бы только попрошайничать. Глаза завидущие у нашего братца.

Что ни увидит, – все ему подавай! То-то муж удивится, когда узнает, что брат якшается с жильцами. И это в благодарность-то за все…

Она замахала руками, сбежала по лестнице и выскочила на улицу.

4

Когда полицейский вернулся вечером с дежурства, жена сообщила ему, что зять с ними хитрит. Не произнеся ни слова, полицейский натянул френч и отправился к сухопарому.

– Что ты делал, Алоиз, у Сыровых? – начал он дознание.

– Что ж я еще могу делать? – ответил печник.

 – Говорят, печь барахлит. Ну я и подправил ее.

– Гм… А что ты получил от пани Сыровой?

– Что я получил? Ничего не получил. – отпирался печник.

– Не отпирайся! – громыхнул полицейский. – Получил, не юли! Мне все известно, ты это знаешь… Меня, сударь, не проведешь! Костюм ты получил, вот что. Покажи!

– Какой костюм? – попытался было увильнуть печник.

– Да не бойся ты, дурень, – уговаривал его полицейский, не отберу я у тебя этот костюм! Больно мне нужно старое тряпье…

Сухопарый внял уговорам и нерешительно протянул полицейскому подаренную одежку.

Полицейский ловко расправил пиджак, осмотрел подкладку, прощупал карманы и произнес безразличным тоном: – Ну, сказать по правде, ничего особенного. Не больно-то в нем пофорсишь… Деясятку я тебе за него дам, сейчас у меня как раз такое настроение, что готов сорить деньгами…

– Ну уж нет, – сказал печник, любовно поглаживая сукно. – Костюмчик – первй сорт, и я рад, что у меня есть такой.

– Ну и балда же ты, – укоризненно произнес полицейский.

 – Воображаешь, будто у тебя Бог весть что, а я-то вижу, что оно сплошь в дырьях. Штаны ветром подбиты. Мальчишку отдам в ученье, вот и закажу перешить на него, пусть донашивает за прилавком. Десятку, говорю, дам. Бери, пока дают…

– А что мне десятка? – возражал зять, – гляну на нее и тю, тю, а костюм поношу, потому как сукно добротное…

– Ну на кой он тебе, – ласково уговаривал полицейский, ты и надеть-то его не сможешь.