Низвержение

В любом случае, «Каменный лес» – это известный путевой знак. Если я не сошел с ума, то в днях пути от меня находится Кастана – довольно крупный торговый город на левом берегу одноименной реки. Похоже, теперь я должен следовать заходящему солнцу… и готовиться к встрече с другими людьми. Судя по всему, она должна быть не за горами.

Усмехнувшись, я пощупал руками рюкзак. Мякоти демонской мухоловки ещё оставалось много, и портиться причудливое лакомство пока не собиралось. Всё складывалось достаточно хорошо, чтобы наполнить меня сдержанным оптимизмом.

– Прорвёмся! – сказал я себе, и двинулся вслед заходящему солнцу.

Все чаще и чаще фиолетовые и алые оттенки Бездны сменялись привычными глазу кустарниками и редкими лесами, почти нетронутыми демонической порчей. Уже не требовалось трястись над каждой каплей воды в бурдюке, ведь ключи и родники с чистой водой стали встречаться на каждом шагу. Предчувствуя скорую встречу с людьми, я остановился у одного из озер и заглянул в его чистую гладь.

В ответ на меня смотрело хмурое и уставшее лицо, заросшее светло-русой бородой под цвет волос. В последний раз я смотрел в зеркало всего несколько месяцев назад, но каким же долгим мне теперь кажется этот срок!

Тогда на меня посмотрел жизнерадостный молодой человек, которому только недавно стукнуло двадцать лет. Теперь у меня точно потускнел в тёмно-зелёных глазах прежний блеск. Я похудел, наверное, на десять килограмм, хотя и раньше не мог похвастаться особенной статью.

С ростом выше среднего, теперь я скорее напоминал вытянутую палку, вбитую в землю невзгодами, нежели нормального человека. Кто бы ни утверждал, что военная служба придает мужественный вид, он глубоко ошибался. Все виденные мною солдаты больше напоминали мне загнанных лошадей или бездомных бродяг, и мечтали лишь об одном – скорее бы сдохнуть. Я в их числе.

Я вздохнул, пытаясь привести в порядок небрежную шевелюру, которая мне лезла в глаза. Первым делом, как приду в город, сразу схожу к цирюльнику, чтобы тот привёл меня в подобающий вид.

Деньги у меня кое-какие теперь водились, ведь в карманах у дезертиров тренькали серебряные монеты. Законный трофей, уже омытый пролитой кровью.

Помрачнев, я продолжил свой путь.

***

Любой город встречает путника сильно загодя: деревянными изгородями полей и обширными пастбищами, облюбованными рогатым скотом; дымком от многочисленных печей окрестных сёл и хуторов.