Дураков нет

Очередь из инвесторов к нему стоит до самого Техаса, – сказал Карл. – У кого дела плохи, так это у “Сан-Суси”. Та скважина, которую они пробурили прошлой весной, уже высыхает. Надо было им назваться “Сан-Мозги”.

Руб нахмурился.

– Это по-французски, Руб, – пояснил Карл. – Можешь выучить его сразу после английского и латыни. – И добавил, обращаясь к Салли: – Не хочешь завтра обшить гипсокартоном один дом на Нельсон? Если возьмешься, я скажу Рэнди, чтобы утром отвез туда всю эту хрень.

– Завтра День благодарения, – сказал Руб.

– Не к тебе обращаются, – отрезал Салли.

Вообще-то он сомневался, стоит ли соглашаться завтра поработать. Если согласится, у него появится предлог не ходить к Вере, где ему явно не обрадуются. И деньги тоже не помешают. И праздник за работой пройдет быстрее. С другой стороны, он терпеть не мог обшивать стены гипсокартоном и вдобавок не знал, как поведет себя колено после сегодняшних трудов.

– Я всего лишь говорю, что в праздник работать не буду, – не унимался Руб.

– Тебя и не просили, – напомнил ему Салли.

 – Вот когда попросят, тогда и откажешься. – Он повернулся к Карлу: – Двойная ставка?

– Размечтался.

– Тогда проваливай и не стой над душой, – ответил Салли. – Сам обшивай эту халупу.

Карл потер виски.

– Почему ты каждый раз ставишь мне ультиматум? И почему я должен платить тебе двойную ставку?

– Что у нас завтра, Руб? – спросил Салли.

Руб опешил еще больше. Он-то считал, что они давно это выяснили.

– День благодарения, мать его, – ответил он.

– Заткнись, Руб, – сказал Карл. – Тебя никто не спрашивал.

– Салли спросил.

– Когда? – уточнил Карл.

– Только что.

– Когда именно?

Казалось, Руб сейчас расплачется.

– Салли, ты даже и не заметил бы, что завтра День благодарения, вот что меня бесит сильнее всего, – сказал Карл. – У тебя и семьи-то нет. Я предлагаю тебе пожить спокойно хотя бы двадцать четыре часа, а ты только и думаешь, как бы выманить у меня деньги.

Не сказать ли ему кое-что? – подумал Салли. Например, что сегодня приехал мой сын и, как ни странно, назавтра меня пригласили в гости (пусть даже все причастные надеются, что я не приду).

Не сказать ли ему о том, чего он еще не знает, – это как раз ему будет некуда пойти в праздник, поскольку ни один ключ на связке, которая висит в замке зажигания “эль камино”, уже не подходит к дверям его дома.

Карл вернулся к машине, завел мотор.

– Черт, – сказал он. – Ладно, полторы ставки. Назовем это премией к Рождеству.