Дыхание смерти

Не коротил провода. Ее бросили. Повторяю, я ее, честно, нашел.

– Альфи, ты и правда не слишком умный, – заметил Газ. Несмотря на то что говорил он небрежно, в его голосе угадывалась скрытая угроза.

Самоуверенность гостя, начавшая улетучиваться, когда он только вошел, теперь покинула его совсем. Он испуганно заморгал глазами.

– Ты не слишком умный, – повторил Газ, – потому что… – Он поднял руку, гость сжался и поспешно сделал шаг назад. Однако оказалось, что Газ не собирается его бить. Он просто принялся загибать пальцы, перечисляя свои доводы.

 – Во-первых, я не верю в то, что ты мне насвистел, – типа ее оставили на улице за автобусной остановкой. Если вот так бросить любую тачку, ее либо сразу же угонят, либо на нее положит глаз кто-нибудь поумнее тебя. Во-вторых, как бы там ни было, никто не бросает хорошую тачку с ключами в зажигании. В-третьих, если, конечно, ты не врешь и правда не угнал ее вначале, сейчас ты все равно ее угнал. Догоняешь? В-четвертых, ты приезжаешь ко мне на угнанной тачке и оставляешь ее на самом видном месте, как приманку для копов.  – Газ замолчал.

В тишине мимо них по полу мелькнул маленький зверек, стуча коготками, он проворно скрылся в темноте.

– Загоняй внутрь!

Альфи Дарроу шумно выдохнул: он и сам не замечал, что слушает Газа затаив дыхание. Он проворно, как крыса, кинулся к выходу. Через несколько секунд, когда «клио» благополучно спрятали в гараже, Газ обошел машину кругом и вгляделся снаружи в салон. К машине он не прикасался.

– В багажнике что-нибудь есть?

– Старый коврик и дорожный атлас.

Больше ничего.

– Хочешь сказать, перед тем, как пригнал тачку сюда, ты спер оттуда все мало-мальски ценное. Оно еще у тебя? Только не умничай и не вздумай врать, что у тебя ничего нет, идет? Я все вижу.

Альфи открыл рот, замялся на мгновение, а потом сказал:

– Еще была камера…

– Я пошлю за ней кого-нибудь. Где ты сейчас обитаешь?

– Дома, в Уэстон-Сент-Эмброуз, с матерью, – захныкал Альфи и добавил: – Учти, мать не в курсе моих дел.

Ни тачки, ни камеры она не видела. Я ей не докладываюсь…

– Твоя мамаша небось и так с утра до ночи рвет на себе волосы и думает, за что ей такое наказание, как ты. Ладно, жди. Вечером к тебе кто-нибудь придет за камерой. Отдашь ее по-хорошему, ясно? А тачку можешь оставить здесь.

– Значит, берешь? – оживился Альфи.

– Может, и беру. О тачке никому ни слова! Придешь через неделю.

Альфи зашаркал ногами:

– Газ, я сейчас на мели…

– Сейчас ничего не дам.