Единорог Эвдорика

 – Как вы считаете, сможем ли мы встретиться с Мак-Уиртлом? Конечно, в неофициальной обстановке?

* * *

Доулинг набрал номер на наручном телефоне.

– Элен? Это Болдуин… Да, тот самый старый политикан. Не занята в следующие выходные? Нет-нет. Просто вечеринка… в Нью-Йорке. У меня есть для тебя бозо, можешь повертеть перед ним своим алебастровым торсом… Да, очень большая шишка… все должно быть шито-крыто, поняла? Нет-нет, только не я! Я же тебе говорил, что очень доволен своей женщиной. Дело в том, что я ее люблю.

А тебе я предлагаю дело. Хорошо. Увидимся в субботу.

* * *

Центаврианин Мак-Уиртл оказался уменьшенной и более пожилой копией Джаггинса. Хотя в его поведении еще во многом сохранялась та прерывистость движений, что характерна для чистокровного бозо, было очевидно, что он напряжен.

– Садитесь, – гаркнул он.

Доулинг сел.

Мак-Уиртл подался вперед.

– Я понял так, что вы – и тот китаец Си – хотите, чтобы я приобрел часть обычных акций «Компании по переустройству Атлантик-Сити» по ценам ниже тех, по которым они будут предложены всем желающим.

К этому моменту Мак-Уиртл достаточно успокоился и стал расспрашивать о деталях. Доулинг пояснил.

Мак-Уиртл сосредоточенно уставился на свои ногти, потом еле слышно произнес:

– Я мог бы применить силу, но тогда она стала бы меня ненавидеть… – Тут он осознал, что Доулинг его слышит и заорал: – Убирайтесь! Я не желаю, чтобы за мной шпионили…

Доулинг, встревоженный, но не павший духом, встал, собираясь уйти.

– Сядьте на место, дуралей! Я не говорил этого всерьез.

Должен признаться, что мне потребуются деньги. Вы говорили, что…

* * *

Доулинг шел от отеля, в котором он встречался с Мак-Уиртлом, в сторону вокзала. Был уже пятый час утра, то единственное время, когда улицы Нью-Йорка почти пустынны. Мак-Уиртл проявил способность торговаться, непостижимую по сравнению с финансовой наивностью, которой следовало ожидать от настоящего бозо.

На 35-й Западной улице он приблизился к группе людей. Подойдя ближе, он узнал форму национальной полиции.

Один из полисменов заметил его, выхватил пистолет и выстрелил. Доулинг нырнул за каменные ступени ближайшего подъезда.

– Вы что там, рехнулись к чертям собачьим? – заорал он из укрытия.

Из темноты донеслось какое-то бормотание. Затем низкий голос громко объявил:

– В первое же открытое окно полетит пуля. Эй, вы, все по постелям!

Следом появился и обладатель голоса, волоча на себе огромное бесчувственное тело.