Женщина с дурной репутацией

– Однако ты все еще собираешься заключить сделку с дьяволом?

– Я должен так поступить, Николай, ради этого и проделал долгий путь. Я поклялся и должен выполнить свою клятву. Прошло уже слишком много времени, – ответил Марк и допил остатки горького эля.

– Я так и думал. Ты всегда был упрям как мул, еще с тех пор, как я познакомился с тобой в том грязном немецком борделе.

– Ты можешь выйти из игры. – Марк рассмеялся. – Я не желаю погубить тех немногих друзей, которые у меня остались. Все-таки это мое дело.

Говоря это, Марк понимал, что не сможет отказаться от помощи Николая и обязательно должен заручиться его поддержкой. Николай спас ему жизнь в борделе, а Марк в ответ трижды отплатил ему тем же. Вот и сейчас, когда дело близилось к кульминации, хотел, чтобы друг прикрыл его тылы.

Николай улыбнулся своей веселой улыбкой Арлекина.

– Чем же мне еще развлечься в эти скучные дни? Труппа отправится в Мантую веселить народ лишь после карнавала и Великого поста. Так что, Лев, пока мои скромные таланты в твоем распоряжении.

 – В его глазах мелькнуло что-то мрачное, скрывшееся затем за насмешливыми искорками. – Скорее всего, добрая часть венецианцев вряд ли согласится с тем, что это исключительно твое дело. Наверное, они попросят разрешения встать на твою сторону.

Прежде чем Марк успел возразить, дверь таверны открылась, в помещение ворвался холодный воздух и бледные солнечные лучи. Вошла служанка Джульетты Бассано. Ее юбки и шарф развевались. Девушка подошла к прилавку.

– Служанка синьоры Бассано, – тихо сказал Марк. – По-моему, ее зовут Бьянка.

– Вот как. – Николай понимающе кивнул. – Самым доверенным лицом хозяйки чаще всего оказывается ее служанка. А эта, похоже, много знает.

Не говоря ни слова, Николай встал из-за стола и подошел к Бьянке. Вскоре игривый смех зазвучал и поплыл в пыльном воздухе, точно развевающиеся узкие яркие ленты.

Марк оставил несколько монет рядом с пустыми кружками и ушел. Николаю больше не придется скучать.

На улице было холодно, однако туман раннего утра рассеялся, и бледные, желто-серые лучи солнца осветили темные воды и светло-голубые дома. Марк плотнее закутался в короткий плащ, опустил ниже поля шляпы и растворился среди людей, куда-то спешивших вдоль набережной. Никто не узнал бы в нем Льва. Теперь он волен идти куда вздумается.

Как ни странно, больше всего ему хотелось вернуться к голубой двери заведения Джульетты Бассано.