Женщина с дурной репутацией

Сердце Джульетты сильно забилось, он нежно поцеловал ее руку в том месте, где бился пульс. Что же происходит под покровом ночи? Она не понимала ни своих чувств, ни себя. Раньше никогда не чувствовала себя так, но здесь не было волшебного зеркала и карт, которые могли бы ей помочь. Она осталась наедине со своим «я», сбитым с толку, охваченным страстью.

– Я приехала сюда из Милана, – едва слышно прошептала она.

– Этого быть не может, синьора Солнце. – Марк тихо рассмеялся, и эхо его голоса отдалось в глубине ее души.

 – Вы приехали из волшебной страны. Я вижу это по вашим глазам. Таких глаз не бывает у смертной женщины. И я оказался во власти ваших чар без надежд вырваться.

Он находился во власти ее чар? Нет, все как раз наоборот.

Марк обнял ее за талию, привлек к себе, и их тела соприкоснулись. Кружева ее платья с шорохом зацепились за его бархатный дублет, его губы оказались очень близко. Джульетта закрыла глаза и откинула голову назад…

– Влюбленный с девушкой, о-го-го, тра-ля-ля! – совсем рядом пропел голос, и над ними раздался резкий звук бубенчика.

Джульетта отскочила от Марка, ее рука машинально схватилась за то место, где должен был находиться кинжал. Но его там не оказалось. Джульетта задрожала всем телом, раскраснелась, ей стало жарко, затем холодно. Она вскрикнула от страха. После столь приятного, пьянящего желания эти слова прозвучали столь же жестоко, как удар кинжала.

Объятие Марка ослабло, Джульетта плотно прижалась к каменной колонне, повернулась на каблуках, чтобы встретить нападавшего.

Однако нападавшим был не солдат и не наемный убийца, а актер, какой-то Арлекин, разодетый в многоцветный шелковый шутовской костюм, плотно прилегавший к высокому худому телу. Мерцающие золотистые волосы ниспадали ему на спину, черная маска наполовину скрывала лицо, полные губы скривились в озорной улыбке. Он смеялся, глядя на них, тряся крохотным бубенчиком.

Джульетте наконец-то удалось отдышаться. Хотелось задушить этого актеришку собственными руками за то, что тот отвлек ее от мечтаний, от карнавала и вернул к действительности, хотя, честно говоря, она должна была поблагодарить его.

Забыться в страсти к Марку Антонио Веласкесу посреди дикого гулянья очень здорово, а что потом, когда наступит ясный день? Ее жизнь – сплошное хождение по тонкой проволоке. Как акробат на площади: один неверный шаг в любую сторону мог привести к гибели.

Она взглянула на Марка, тот с прищуром следил за Арлекином.