Женщина-левша. Нет желаний – нет счастья. Дон Жуан

Но мальчуган не отозвался, тогда она взяла его на руки и унесла.

Вернувшись назад, она сказала:

– Стефану сегодня совсем не хочется спать. Шампанское напомнило ему Новый год, когда ему разрешалось сидеть за полночь.

Издатель притянул ее к себе, усадил рядом в широкое кресло; она позволила ему это, как-то даже снисходительно. Издатель медленно спросил:

– Который из бокалов ваш?

Она показала, он взял его.

– Я хочу, Марианна, выпить из вашего бокала. – Он понюхал ее волосы. – Мне нравится, что ваши волосы пахнут только волосами.

Это уже не запах, это уже ощущение. И мне нравится еще, как вы ходите, это не особая походка, нарочитая, как обычно у женщин, вы просто ходите, и это прекрасно.

Она улыбнулась словно про себя, повернулась к нему и стала рассказывать, точно ей хотелось выговориться:

– Однажды у нас была знакомая, настоящая дама. Она играла со Стефаном. Он вдруг стал принюхиваться к ее волосам и сказал: «От тебя пахнет!» Дама испуганно спросила: «Кухней?» – «Нет, духами», – сказал он, и она облегченно вздохнула.

Немного погодя издатель взглянул на нее и долго смотрел не отрываясь, словно не знал, как быть дальше. Ее позвал мальчуган, но она не откликнулась, а в свою очередь с любопытством посмотрела на издателя. Он оглядел ее сверху донизу.

– У вас спустилась петля.

Она махнула рукой, давая понять, что ей это безразлично, и, когда сын опять позвал ее, поднялась, но ушла не сразу.

А вернувшись, снова села на прежнее место, напротив издателя, и сказала:

– Что мне здесь, в этом доме, мешает, так это повороты при переходе из одной комнаты в другую: всегда под прямым углом, к тому же всегда налево.

Не знаю сама, почему эти повороты меня раздражают, они меня просто мучают.

Издатель:

– Напишите об этом, Марианна. Не то в один прекрасный день вас внезапно не станет.

Мальчуган позвал в третий раз, и она тотчас пошла к нему.

Оставшись один, издатель сразу сник. Голова его чуть свесилась набок.

Но он резко выпрямился, усмехнулся как бы над самим собой и опять позволил телу расслабиться, спине – ссутулиться.

Молодая женщина вернулась, остановилась перед ним. Он поднял на нее глаза. Она положила руку ему на лоб, села напротив. Он взял ее руку, лежавшую на столе, и поцеловал. Они долго молчали.

Она сказала:

– Завести вам музыку?

Издатель тотчас легонько мотнул головой, словно ждал этого вопроса. Они помолчали.