Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли? Скажи будущему – прощай

Одна из медсестер набросила мне на шею мокрое полотенце. При этом я от неожиданности едва не потерял равновесие.

– Вытри лицо, – посоветовал я Глории.

И в этот момент мимо нас пронеслась пара номер тридцать пять, собираясь первой войти в поворот. Но такой спурт оказался партнерше не по силам. Споткнувшись, она отпустила ручки на поясе партнера.

– Помощь паре номер тридцать пять! – взревел Рокки Граво, но, прежде чем медсестра или тренер успели подхватить девушку, она рухнула плашмя и еще несколько метров проехала по паркету.

Будь я один, я сумел бы обогнуть лежащее тело, но на мне висела Глория, и я боялся, что на крутом повороте она может вылететь с трассы. (Проходить поворот с уцепившейся за вас девицей – это похуже перетягивания каната.)

– Осторожно! – вскричал я, но предупреждение запоздало и ничего не дало. Глория споткнулась о лежащее тело, свалив и меня. Я заметил, что еще четыре или пять пар не успели остановиться. Я изо всех сил пытался подняться на ноги. Рокки что-то сказал в микрофон, и публика громко вздохнула.

Я встал. Травм вроде не было, но колени горели, и я догадался, что содрал на них кожу. К нам подбежали медсестры и тренеры, начали поднимать девушек на ноги, а Глорию и Руби на носилках отнесли в бокс.

– Ничего страшного, дамы и господа, – заявил Рокки. – Небольшое столкновение… на нашем дерби постоянно что-то происходит… пока девушки находятся в боксе, их партнерам два круга будут засчитываться за один. Отлично, ребята, пропустите наших бегунов-одиночек на внутреннюю дорожку.

Я изо всех сил рванул вперед, чтобы не утратить позицию, которой мы добились в забеге. Теперь, когда Глория не висела у меня на поясе, я казался себе легким как перышко. Тренер с медсестрой уже подошли к Глории. Медсестра поднесла ей к носу нюхательную соль, тренер массировал ноги. Врач прослушивал через стетоскоп, как работает ее сердце. Другой тренер, тоже с медсестрой, тем временем приводил в чувство Руби. Прежде чем Глория вернулась на площадку, я пробежал четыре круга.

Она была ужасно бледна.

– Выдержишь? – спросил я, притормаживая. Она только кивнула.

Публика хлопала и топала, Рокки что-то орал в микрофон. Чуть позже Руби тоже вернулась на дорожку, но выглядела чуть живой.

– Спокойнее, – твердил Ролло, вприпрыжку сопровождавший нас. – Вам ничто не угрожает…

И тут я почувствовал острую боль в левой ноге, которая снизу вверх пронзила все тело и едва не расколола мне темя.