Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли? Скажи будущему – прощай

– Господи, – вскрикнул я, – что случилось с ногой!

– Топни, топни! – кричал Ролло.

Я не мог согнуть ногу. Она меня просто не слушалась. Отяжелела как бревно. Стоило мне сделать шаг, боль снова ударила в темя.

– У участника пары номер двадцать два судорогой свело ногу, – сказал Рокки в микрофон. – Тренеры, помощь паре…

– Топни, топни ногой! – орал на меня Ролло.

Я топнул изо всех сил, но нога заболела еще сильнее.

– Топни, топни ногой…

– Ах ты засранец! – сорвался я. – Мне же больно…

Тренеры подхватили меня под мышки и утащили в бокс.

– Забег продолжает наша прелестная партнерша из пары номер двадцать два, – объявил Рокки, – наша маленькая Глория Битти. Замечательная девушка! Бежит одна, пока ее партнеру оказывают помощь, ведь ему судорогой свело ногу. Вы только взгляните, как она летит по дорожке! Пропустите ее на внутреннюю дорожку, ребята…

Один тренер держал меня за плечи, а другой сгибал и разгибал ногу и постукивал по мышцам ребром ладони.

– Больно! – не выдержал я.

– Тихо, тихо, – приговаривал тренер, который держал меня за плечи. – У тебя что, никогда такого не было?

Вдруг в ноге что-то щелкнуло, и боль тут же исчезла.

– Ну вот, – сказал тренер.

Я встал, чувствуя себя вполне нормально. Вернулся на дорожку, приготовился и стал ждать Глорию. Она двигалась по противоположной стороне, спотыкаясь на каждом шагу, голова у нее при этом болталась вверх и вниз. Мне пришлось ждать, пока она добежит до меня.

По правилам вернуться из боксов нужно было на том же месте, где сошел. Как только Глория приблизилась ко мне, я тут же рванул вперед, а Глория вновь ухватилась за мой пояс.

– Две минуты до конца, – сообщил Рокки. – Давайте подбодрим их, дамы и господа.

Зрители зааплодировали и затопали ногами, на этот раз гораздо громче.

Остальные пары вокруг нас начали спурт, и я тоже решил поднажать. Я точно знал, что мы с Глорией не последние, но мы оба побывали в боксе, и мне не хотелось рисковать и вылететь по ошибке.

Выстрел пистолета возвестил о конце дерби, половина пар рухнула на пол. Я обернулся к Глории и увидел, что глаза ее остекленели. Мне было ясно, что она вот-вот потеряет сознание.

– Эй! – крикнул я медсестре, но Глория уже закачалась, и пришлось мне ловить ее самому. А затем тащить в бокс, больше я ни на что способен не был.

– Эй, – окликнул я тренера, – пусть придет доктор!

На меня никто не обратил внимания.