Заживо погребенные

К тому же разве он не принадлежит к числу посвященных? Разве он не листал отца Лебрена? Не состоял членом Клуба Vingt-Un[25 - Двадцать одно (франц.).]? «Si je perds, – говорит он, – je serai deux fois perdu[26 - Если проиграю, я погибну дважды (франц.).], voil? tout![27 - Вот и все! (франц.)] (Тут его светлость пожимает плечами.) погибну дважды – Si je gagne, je reviendrai ? mes ortolans – que les cartes soient prеparеes![28 - Если выиграю, вернусь к своим ортоланам – пусть приготовят карты! (франц.

).]»

Его светлость – весь настороженность и внимание. Его величество – воплощенная уверенность. При виде их зрителю вспомнились бы Франциск и Карл. Его светлость думал об игре. Его величество не думал; он тасовал карты. Герцог снял.

Карты сданы. Открывают козыря: это – да, это король! Нет, дама! Его величество проклял ее мужеподобное одеяние. Де л'Омлет приложил руку к сердцу.

Они играют. Герцог подсчитывает. Талья окончилась. Его величество медленно считает, улыбается и отпивает глоток вина.

Герцог сбрасывает одну карту.

– C'est ? vous ? faire[29 - Вам сдавать (франц.).], – говорит его величество, снимая. Его светлость кланяется, сдает и подымается из-за стола, en prеsentant le Roi[30 - Предъявляя короля (франц.).].

Его величество огорчен.

Если бы Александр не был Александром, он хотел бы быть Диогеном; герцог же на прощание заверил своего партнера, «que s'il n'e?t pas еtе De L'Omelette, il n'aurait point d'objection d'?tre le Diable»[31 - Что если бы он не был де л'Омлетом, он не возражал бы против того, чтобы быть Дьяволом (франц.

).].

На стенах иерусалимских[32 - © Перевод. З. Александрова.]

Intonsos rigidam in frontem ascendere canos

Passus erat…

    Lucan[33 - Стричь перестав, седины поднял на лоб непреклонный… Лукан (лат.).] Перевод: дикий кабан.

– Поспешим на стены, – сказал Абель-Фиттим, обращаясь к Бузи бен Леви и Симону фарисею в десятый день месяца Таммуза, в лето от сотворения мира три тысячи девятьсот сорок первое.

 – Поспешим на крепостной вал, примыкающий к Вениаминовым воротам, в граде Давидовом, откуда виден лагерь необрезанных; ибо близится восход солнца, последний час четвертой стражи, и неверные, во исполнение обещания Помпея, приготовили нам жертвенных агнцев.

Симон, Абель-Фиттим и Бузи бен Леви были гизбаримами, то есть младшими сборщиками жертвований в священном граде Иерусалиме.