Записки Барри Линдона, эсквайра, писанные им самим

Как раз на послезавтра приходилось воскресенье, и у меня были на этот день планы, которые я твердо намеревался привести в исполнение, несмотря на все запреты врача и матушки, уверявших, что мне ни под каким видом нельзя выходить из дому, так как свежий воздух убьет меня.

Я лежал, блаженно умиротворенный, и впервые в жизни слагал стихи. Привожу их здесь такими, как написал их юный недоросль, со всеми присущими ему орфографическими ошибками. И хоть эти строки не так изысканны и безупречны, как «Арделия, драгая, я стражду от любви» или «Чуть солнце озарило цветущие луга» и другие лирические излияния моего пера, получившие впоследствии столь высокое признание, однако, как мне кажется, для скромного пятнадцатилетнего поэта они написаны весьма изрядно.

РОЗА ФЛОРЫ

Послание, адресованное юным высокородным джентльменом мисс Бр-ди, из замка Брейди

У Брейдской башни, средь всех невзрачных

Один завидный мне мил цвиток, —

Есть в замке Брейди красотка-леди,

(Но как люблю я – вам невдомек);

Ей имя Нора.

Богиня Флора

Дарит ей розу, любви залог.

И молвит Флора: «О леди Нора,

У Брейдской башни цвиточков тьма —

Семь дев я знаю, но ты, восьмая,

Мужчин в округе свела с ума.

Ирландский остров, на зависть сестрам,

Твою взлилеял красу весьма!»

Заканчивались стихи так:

«Пойдем-ка, Нора! – взывает Флора, —

Туда, где бедный грустит юнец.

То некий местный поэт безвестный,

Но вам известный младой певец;

То Редмонд Барри, с ним, юным, в паре,

Пойти б вам стоило под винец»[23 - Перевод А.

Голембы.].

В воскресенье, едва матушка ушла в церковь, я кликнул камердинера Фила, со всей строгостью велел принести мое лучшее платье, в каковое и облачился (убедившись при этом, что все стало мне за время болезни до смешного коротко и узко), и, прихватив заветный листок со стихами, понесся во всю прыть в замок Брейди, мечтая увидеть мою богиню. Воздух был свеж и чист, птицы звонко распевали в зеленых ветвях, я ощущал давно незнакомую мне радость и бежал вприпрыжку по широкой просеке (дядюшка, конечно, постарался свести весь лес в своих владениях), точно проворный молодой фавн.

Сердце мое отчаянно колотилось, когда я поднимался по заросшим травой ступеням и распахнул покосившуюся дверь холла. Господа ушли в церковь, сообщил мне мистер Скру, дворецкий (с удивлением оглядывая мое осунувшееся лицо и тощую долговязую фигуру), и с ними шесть барышень.

– И мисс Нора в том числе? – осведомился я.