Запомни этот день

Вспоминаю нашу последнюю встречу: мы сплелись в поцелуе теплой летней ночью сто лет назад. С тех пор я столько раз прокручивала в голове этот поцелуй, что мне он начал казаться идеальным.

А теперь он стоит прямо передо мной. Флиртовал со мной в Sweet Dreams. У нас была химия. Если быть до конца честной, то мне даже кажется, что она и сейчас есть. Прямо сейчас, в этот самый момент. А мы перекинулись всего парой слов. Но как же он на меня смотрит. И я смотрю так же.

Моргнув, я отрываю от него взгляд и стараюсь сосредоточиться на Тиффани, настороженно наблюдающей за происходящим.

– Приятно познакомиться. Во второй раз, – говорю я фальшиво.

Словно потеряв контроль над собственным телом, я протягиваю руку, и он касается ее. А затем слегка сжимает. Продолжительное нежное рукопожатие. Теплый взгляд его голубых глаз встречается с моим. Он слабо улыбается.

Катастрофа.

Мои колени слабеют, и я отпускаю его руку как можно скорее, но уже слишком поздно. Теперь я смайлик с сердечками вместо глаз. И это очень плохо.

Глава 2

Кэролайн

– Хочу вот эти, – заявляет Тиффани, постукивая матовым черным ногтем в форме гроба по образцу открытки, который она присмотрела раньше. – Ну, что думаешь? Тебе нравится?

Я уже взяла рабочий iPad и открываю форму заказа, стандартную для всех клиентов.

Сосредоточусь на работе, а не на Алексе Уайлдере.

Ну почему он? И почему он с этой напористой и высокомерной Тиффани? Я знаю, это клише, но имя идеально подходит таким, как она. И это реальность – они сидят напротив меня за столом в Noteworthy.

Лощеный, красивый Алекс Уайлдер – лучший друг детства моего брата, подаривший мне первый поцелуй, и его рыжеволосая красавица-невеста Тиффани.

Кошмар.

– Выбирай что хочешь, – отмахивается он.

Я поднимаю голову и замечаю, что Алекс смотрит в телефон. Он словно почувствовал, как я наблюдаю за ним, и, когда мы встречаемся взглядами, я отвожу глаза. Мои щеки пылают оттого, что меня поймали с поличным.

Разве он был настолько привлекательным? Я бы точно запомнила.

Нечасто мне приходится рассказывать кому-то историю своего первого поцелуя, потому что она довольно глупая. Сколько мне тогда было? Лет двенадцать. Почти тринадцать. Ему было четырнадцать, мы прятались в старом сарае, я увидела гигантскую паутину и практически прыгнула в его объятия. Он утешил меня, и следующее, что я помню, это его губы на моих, что было очень… приятно.

– Да ты даже не посмотрел. – Боже, Тиффани опять скулит.