Проект 14

Он накинул халат на все еще мокрое тело, снял трубку внутреннего телефона и заказал завтрак в номер. Разбитое тело Алексей бросил в удобное кресло и взял со столика свой ноутбук. Курсор мигал ровно и спокойно, но на белый фон никак не хотели ложиться строки текста. Журналист просидел перед монитором еще десять минут. В голову не пришло ни одной полезной мысли. Соловьев захлопнул старенький агрегат, кулер перестал шуршать, и тишина окутала номер. Сквозь нее пробивался лишь тихий, ровный шум дождя, который постепенно заполнял сознание Алексея.

За ровным и спокойным шумом пришли мысли о Кристине. Вчерашний разговор с молодым ученым заставил Алексея задуматься о моральной стороне вопроса. Даже если эксперимент удастся в полной мере, в чем у Алексея были некоторые сомнения, то Кристине придется столкнуться с огромным объемом информации, доселе ей невиданной. Ребенку придется заново учиться всему тому, что она умеет сейчас. Элементарные навыки приготовления чая для нее превратятся в сложнейшие манипуляции. Потому что теперь ей придется выполнять их, руководствуясь только одним чувством, а не тремя как раньше. Получив основное чувство – зрение, она перестанет уделять внимание всем остальным. Мысли уносили журналиста все дальше.

Стук в дверь вернул Алексея в реальность. За дверью стоял официант. В одной руке он держал поднос в другой белую скатерть. Все как в фильме, подумал Алексей и пустил официанта в номер. Молодой человек прошел вглубь и поставил поднос с круглым блюдом на столик, повернулся к Алексею и стал ждать чаевых.

Слишком уж как в фильмах, вновь подумал журналист и автоматически потянулся за бумажником во внутренний карман пиджака, но сообразив, что с утра ходит в банном халате окинул взглядом комнату. Черт, где же пиджак? Обнаружив его на спинке кресла напротив камина, Алексей отвернулся от официанта, чтобы выбрать купюру нужного достоинства, но когда вновь повернулся к официанту, окаменел. На него смотрело дуло пистолета. Примечательно, что выражение лица прислуги, или кем он там являлся, не изменилось. Оно по-прежнему излучало теплую, доброжелательную улыбку, разве что в глазах появился странный блеск. Алексею раньше не доводилось оказываться в подобных ситуациях, но к его собственному изумлению вместо того, чтобы впасть в панику, он резким движением бросил в лицо официанту пиджак и одновременно с этим жестом резко дернулся в сторону открытой ванной комнаты. Раздался металлический щелчок, затем, почти сразу, второй.