Последний контакт

Оповещение сработало бы, плюс у нас отличные щиты.

– Ну, как выяснилось, не такие уж и отличные, – Виктор указал на последние два отсека корабля, мигающие красным. Схема, парящая перед пилотами, выводила визуализацию повреждений.

– Повреждены шлюзовой и реакторный отсеки, – голос Аллы Марр прозвучал, как приговор.

– Что с питанием? – спросил Сопкин.

– Перешли на резервное.

– Реактор?

– Произошел аварийный сброс стержней.

По спине у Медведева пробежал холодок.

– Это что, мы остались без атомного реактора в двух световых годах полёта от Земли? – спросил он.

– Ты всё слышал, – тихо ответила Алла. – Давайте выясним, что с остальными.

На связь никто не выходил. Системы корабля фиксировали присутствие живых людей в реакторном и техническом отсеках, но на все попытки связаться с уцелевшими членами экипажа селектор отвечал молчанием.

– Проверь капсулы, – посоветовал Вершинин.

Алла вывела на экран данные о состоянии имеющихся на борту капсул.

– Точно! – радостно сказала она.

 – Они все живы и лежат в спасательных капсулах.

– Где именно? – спросил Сопкин.

– Заняты три капсулы – одна в реакторном отсеке и две в техническом.

– Ты можешь с ними связаться?

– Попробую, но связь будет односторонняя. Готово. Они должны вас слышать, капитан.

Сопкин наклонился к приборной панели и громко произнес:

– Всему экипажу! Ситуация стабилизирована. Не покидать корабль. Повторяю. Корабль на капсулах не покидать!

Решение капитана все поняли правильно.

Корабль был всё ещё в строю, а в случае экстренной эвакуации люди в капсулах были обречены затеряться в космосе навсегда.

– Так, – собрался с мыслями Сопкин, – что у нас с повреждениями?

– Давление стабилизировано, капитан, – отрапортовала Алла Марр. – Дроны-ремонтники, очевидно, подлатали дыры.

– Что произошло? – просипел откуда-то из угла Балычев.

– Позже, – отмахнулся капитан. – Когда можно разблокировать отсеки?

– Композитная пена застывает за пару часов, думаю, автоматика…

– Что (непечатно) тут произошло? – заорал на капитана Балычев.

Сопкин резко поднялся с кресла и подошел к лежащему на полу оператору буровой установки.

– Отставить панику! – грозно рявкнул он. – Откуда мне знать, что произошло? Я находился здесь, с вами, и видел всё то же, что и вы! Сперва нужно выручить ребят, а с причинами будем разбираться после.

За Балычева говорил страх, все понимали это.