Последний контакт

Голос оператора звучал ровно и уверенно, но за этим взвешенным хладнокровием все отчетливо расслышали колоссальное напряжение. Виктор понимал, какой груз ответственности возложен на него. Ошибись он хоть на миллиметр, и девять жизней оборвутся в ближайшие же дни. Совладай Медведев с собой, и у всех появится надежда. Напряжение росло с каждой секундой.

– Десять, девять, восемь, семь метров… – вела отсчет Алла.

Балычев скрипнул зубами и только сейчас понял, как сильно напрягся.

– Шесть, пять, четыре…

Валерия Мирская рефлекторно нащупала ладонь Корнеева, их пальцы переплелись, но, опомнившись, девушка тут же отняла руку.

Корнеев, понимая, что никто сейчас этот жест видеть не мог, не подал вида и продолжал напряженно вглядываться в экран. Ему хотелось посмотреть на девушку, увидеть, как багрянец смущения коснулся её щек, но это могло выдать их с головой.

– Три метра…

Все на мостике рефлекторно приблизились к экрану.

– Два метра…

– Паркуйся уже, – прорычал сквозь зубы Балычев, – я сейчас обоссусь!

– Метр.

Спокойнее, Витя. Есть захват. Электромагнитный замок. Есть стяжка. Фиксируй!

– «Марк-10», говорит платформа. Стыковка прошла в штатном режиме. Мы получаем данные с «Осириса». Он видит нас и проводит диагностику.

Тут же по кабине буровой платформы прокатился гром оваций. Динамики трещали, все наперебой поздравляли Медведева и Вершинина. Сергей, всё это время хранивший молчание и напряженно следивший за манипуляциями друга, похлопал Виктора по плечу и ободряюще произнёс:

– Все, салага, выдыхай.

Экзамен сдал. Теперь моя очередь.

Виктор с радостью уступил своё место пилоту и только сейчас ощутил, как сильно был напряжён в последние двадцать минут. Живот слегка крутило, нательный комбинезон под лёгким скафандром прилип к спине от пота. С трудом уняв мелкую дрожь в пальцах, он вытер со лба испарину и откинулся в кресле второго оператора. Спину ломило, ноги налились свинцом. Виктор знал, что такие, мягко говоря, несладкие ощущения продлятся ещё как минимум полчаса.

Что ж, и не такие отходняки ловил, подумал он. Прорвёмся.

– Что с системой корабля? – спросил Сопкин, когда овации несколько поутихли.

– Идет загрузка данных, кэп. Ещё двадцать процентов.

Капитан Сопкин кивнул в камеру и повернулся к остальным членам экипажа.

– Всё, господа, концерт окончен, времени прохлаждаться нет. У каждого есть задание. Приступаем.

– Ну вот, – пробубнил Балычев, – самое интересное пропустим.