Последний контакт

Этим есть кому заняться.

Эта фраза о времени заставила Медведева задуматься. Пятнадцать лет. Эта цифра ещё не успела отпечататься в его подсознании и пока не выглядела устрашающей. Пока не выглядела. Пятнадцать лет – именно столько потребуется спасательной миссии, чтобы добраться до них. И это было безумно долго. Как провести столько времени в замкнутом пространстве и не свихнуться? А ведь потом ещё и обратно лететь. Тоже пятнадцать лет.

Нет, не близких потерять боялся Медведев. Отправляясь в этот дальний рейс, он уже знал, что никогда больше не увидит ни друзей, ни приёмных родителей.

По сути, это было одной из причин его согласия на работу за дальним рубежом – не видеть смерть опекунов, не хоронить их собственноручно. В конце концов, они о нём не особо заботились, так с чего вдруг ему заботиться о них? На самом деле Виктор боялся оказаться в обществе, где ему, космонавту-бурильщику, уже не будет места. Друзья и знакомые постареют или тоже умрут, технологии за такое время сделают ещё пару-тройку скачков, за ними и в конце двадцатого-то века не поспевали, что уж говорить о нынешнем времени. Молодёжи Медведев будет малоинтересен. Чем он вообще будет заниматься в мире, где его не было почти полвека? А ещё он боялся того дня, когда достигнет своей цели. Человек без цели – лишь потребитель.

– Слушай, Серёга, а на «Осирисе» есть капсулы гибернации?

По серьёзному выражению лица Вершинина Виктор понял, что этот вопрос уже посещал друга.

– Это я проверил первым делом.

Медведев оживлённо посмотрел на пилота, и тот обреченно ответил:

– Нет там ничего. Оно и логично. Зачем снабжать корабль гибернационными капсулами, если миссия беспилотная?

– И что нам делать?

– Очень рассчитываю на то, что у капитана на этот счёт есть идеи. Хотя лично я сомневаюсь. Насколько я знаю, капсулы на «Марке» двойного назначения. При нормальных условиях каждая капсула – это автономная гибернационная система. А при критических авариях они выполняют роль спасательных капсул и автоматически выстреливаются в космическое пространство.

– Чёрт, и что же нам делать? – повторил Медведев, глядя в пустоту космоса. Его начинала одолевать паника.

Весь оставшийся путь парни провели молча. Стыковка с «Марком» прошла в штатном режиме. На борту их встретили овациями, но на лицах героев радости никто не увидел.

Отложив тяжёлые мысли, Медведев и Вершинин присоединились к сборам. Весь остаток дня на «Марке» кипела работа.